Екатерина 2 личная жизнь. Биография императрицы Екатерины II Великой - ключевые события, люди, интриги

Золотой век, век Екатерины, Великое царствоние, расцвет абсолютизма в России — так обозначали и обозначают историки время правления Россией императрицей Екатериной Второй (1729-1796)

«Царствование ее было удачным. Как добросовестная немка, Екатерина старательно работала для страны, которая дала ей такую хорошую и выгодную должность. Счастье России она естественно видела в возможно большем расширении пределов русского государства. От природы она была умна и хитра, прекрасно разбиралась в интригах европейской дипломатии. Хитрость и гибкость были основой того, что в Европе, смотря по обстоятельствам, называлось политикой Северной Семирамиды или преступлениями московской Мессалины» (М. Алданов «Чертов мост»)

Годы правления Россией Екатериной Великой 1762-1796

Настоящее имя Екатерины Второй София Августа Фредерика Ангальт-Цербстска. Была она дочерью представлявшего «побочную линию одной из восьми ветвей ангальстского дома» князя Ангальт-Цербстского, коменданта города Штеттина, что находился в Померании, области, подвластной королевству Пруссия (сегодня польский город Щецин).

«В 1742 году прусский король Фридрих II, желая насолить саксонскому двору, который рассчитывал выдать свою принцессу Марию-Анну за наследника русского престола Петра-Карла-Ульриха Гольштейнского, внезапно ставшего великим князем Петром Федоровичем, принялся спешно подыскивать для великого князя другую невесту.

Были у прусского короля для этой цели на примете три немецкие принцессы: две Гессен-дармштадтские и одна Цербстская. Последняя наиболее подходила по возрасту, но о самой пятнадцатилетней невесте Фридрих ничего не знал. Говорили только, что мать ее, Иоганна-Елизавета, вела очень легкомысленный образ жизни и что вряд ли маленькая Фике действительно дочь цербстского князя Христиана-Августа, занимавшего должность губернатора в Штетине»

Долго ли, коротко, но в конце концов русская императрица Елизавета Петровна именно маленькую Фике выбрала в качестве жены для своего племянника Карла-Ульриха, ставшего в России великим князем Петром Федоровичем, будущим императором Петром Третьим.

Биография Екатерины Второй. Кратко

  • 1729, 21 апреля (ст. ст.) — родилась Екатерина Вторая
  • 1742, 27 декабря — по совету Фридриха II мать принцессы Фикхен (Фике) отправила письмо Елизавете с поздравлениями к Новому году
  • 1743, январь — ответное любезное письмо
  • 1743, 21 декабря — Иоганна-Елизавета и Фикхен получили письмо от Брюмнера — воспитателя великого князя Петра Федоровича, с приглашением приехать в России

«Ваша Светлость, — писал многозначительно Брюммер, — слишком просвещенны, чтобы не понять истинного смысла того нетерпения, с которым Ее Императорское Величество желает скорее увидеть здесь Вас, равно как и принцессу Вашу дочь, о которой молва сообщила нам так много хорошего»

  • 1743, 21 декабря — в тот же день было получено в Цербсте и письмо от Фридриха II. Прусский король … настойчиво советовал ехать и держать поездку в строгом секрете (чтоб не узнали раньше времени саксонцы)
  • 1744, 3 февраля — немецкие принцессы прибыли в Петербург
  • 1744, 9 февраля — будущая Екатерина Великая с матерью приехали в Москву, где в тот момент находился двор
  • 1744, 18 февраля — Иоганна-Елизавета отправила письмо мужу с известием, что их дочь — невеста будущего русского царя
  • 1745, 28 июня — София Августа Фредерика приняла православие и новое имя Екатерина
  • 1745, 21 августа — бракосочетание и Екатерины
  • 1754, 20 сентября — Екатерина родила сына, наследника престола Павла
  • 1757, 9 декабря — у Екатерины родилась дочь Анна, умершая спустя 3 месяца
  • 1761, 25 декабря — умерла Елизавета Петровна. Царем стал Петр Третий

«Петр Третий был сын дочери Петра I и внук сестры Карла XII. Елизавета, вступив на русский престол и желая обеспечить его за линией своего отца, командировала майора Корфа с поручением во что бы ни стало взять ее племянника из Киля и доставить в Петербург. Здесь Голштинского герцога Карла-Петра-Ульриха преобразили в великого князя Петра Федоровича и заставили изучать русский язык и православный катехизис. Но природа не была к нему так благосклонна, как судьба….Он родился и рос хилым ребенком, скудно наделенным способностями. Рано став круглым сиротой, Петр в Голштинии получил никуда негодное воспитание под руководством невежественного придворного.

Унижаемый и стесняемый во всем, он усвоил себе дурные вкусы и привычки, стал раздражителен, вздорен, упрям и фальшив, приобрел печальную наклонность лгать…., а в России приучился еще напиваться. В Голштинии его так плохо учили, что в Россию он приехал 14-летним круглым неучем и даже императрицу Елизавету поразил своим невежеством. Быстрая смена обстоятельств и программ воспитания вконец сбила с толку и без того некрепкую его голову. Принужденный учиться то тому то другому без связи и порядка, Петр кончил тем, что не научился ничему, а несходство голштинской и русской обстановки, бессмыслие кильских и петербургских впечатлений совсем отучили его понимать окружающее. …Он увлекался военной славой и стратегическим гением Фридриха II…» (В. О. Ключевский «Курс русской истории»)

  • 1761, 13 апреля — Пётр заключил мир с Фридрихом. Все земли, захваченые Россией у Пруссии в ходе возвращены немцам
  • 1761, 29 мая — союзный договор Пруссии и России. Русские войска переданы в распоряжение Фридриха, что вызвало резкое недовольство гвардии

(Флагом гвардии) «стала императрица. Император дурно жил с женой, грозил развестись с ней и, даже заточить в монастырь, а на ее место поставить близкую ему особу, племянницу канцлера графа Воронцова. Екатерина долго держалась в стороне, терпеливо перенося свое положение и не входя в прямые сношения с недовольными» (Ключевский)

  • 1761, 9 июня — на парадным обеде по случаю подтверждения этого мирного договора император провозгласил тост за императорскую фамилию. Екатерина выпила свой бокал сидя. На вопрос Петра, почему она не встала, она отвечала, что не считала этого нужным, так как императорская фамилия вся состоит из императора, из нее самой и их сына, наследника престола. «А мои дяди, принцы голштинские?» — возразил Петр и приказал стоявшему у него за креслом генерал-адъютанту Гудовичу подойти к Екатерине и сказать ей бранное слово. Но, опасаясь, как бы Гудович при передаче не смягчил этого неучтивого слова, Петр сам выкрикнул его через стол во всеуслышание.

    Императрица расплакалась. В тот же вечер приказано было арестовать ее, что, впрочем, не было исполнено по ходатайству одного из дядей Петра, невольных виновников этой сцены. С этого времени Екатерина стала внимательнее прислушиваться к предложениям своих друзей, какие делались ей, начиная с самой смерти Елизаветы. Предприятию сочувствовало множество лиц высшего петербургского общества, большею частью лично обиженных Петром

  • 1761, 28 июня — . Екатерина провозглашена императрицей
  • 1761, 29 июня — Пётр Третий отрекся от престола
  • 1761, 6 июля — убит в тюрьме
  • 1761, 2 сентября — Коронация Екатерины Второй в Москве
  • 1787, 2 янаваря-1 июля —
  • 1796, 6 ноября — смерть Екатерины Великой

Внутренняя политика Екатерины Второй

- Изменение центральных органов управления: в 1763 году упорядочение структуры и полномочий Сената
- Ликвидация автономии Украины: ликвидация гетманства (1764), ликвидация Запорожской Сечи (1775), крепостное закобаление крестьянства (1783)
- Дальнейшее подчинение церкви государству: секуляризация церковных и монастырских земель, 900 тысяч церковных крепостных стали государственными крепостными (1764)
- Совершенствование законодательства: указ о терпимости к раскольникам (1764), право помещиков ссылать крестьян на каторгу (1765), введение дворянской монополии на винокурение (1765), запрет крестьянам подавать жалобы на помещиков (1768), создание отдельных судов для дворян, горожан и крестьян (1775) и т. п.
- Совершенствование административной системы России: разделение России на 50 губерний вместо 20, разделение губерний на уезды, разделение власти в губерниях по функциям (административная, судебная, финансовая) (1775);
- Укрепление положения дворянства (1785):

  • подтверждение всех сословных прав и привилегий дворянства: освобождение от обязательной службы, от подушной подати, телесных наказаний; право на неограниченное распоряжение имением и землёй вместе с крестьянами;
  • создание дворянских сословных учреждений: уездные и губернские дворянские собрания, которые собирались раз в три года и выбирали уездных и губернских предводителей дворянства;
  • присвоение дворянству звания «благородного».

«Екатерина Вторая хорошо понимала, что может держаться на престоле, лишь всячески угождая дворянству и офицерам, — с тем, чтобы предотвратить или хоть уменьшить опасность нового дворцового заговора. Это Екатерина и делала. Вся ее внутренняя политика сводилась к тому, чтобы жизнь офицеров при ее дворе и в гвардейских частях была возможно более выгодной и приятной»

- Экономические новшества: учреждение финансовой комиссии для унификации денег; учреждение комиссии о коммерции (1763); манифест о проведении генерального размежевания для фиксирования земельных наделов; учреждение Вольного экономического общества для помощи дворянскому предпринимательству (1765); финансовая реформа: введение бумажных денег — ассигнаций (1769), создание двух ассигнационных банков (1768), выпуск первого русского внешнего займа (1769); учреждение почтового департамента (1781); разрешение заводить частным лицам типографии (1783)

Внешняя политика Екатерины Второй

  • 1764 — Договор с Пруссией
  • 1768-1774 — Русско-турецкая война
  • 1778 — Восстановление союза с Пруссией
  • 1780 — союз России, Дании. и Швеции с целью охраны мореплавания во время Войны за независимость США
  • 1780 — Оборонительный союз России и Австрии
  • 1783, 28 марта —
  • 1783, 4 августа — установление русского протектората над Грузией
  • 1787-1791 —
  • 1786, 31 декабря — торговый договор с Францией
  • 1788 июнь — август — война со Швецией
  • 1792 — разрыв отношений с Францией
  • 1793, 14 марта — договор о дружбе с Англией
  • 1772, 1193, 1795 — участие вместе с Пруссией и Австрией в разделах Польши
  • 1796 — война в Персией в ответ на вторжение персов в Грузию

Личная жизнь Екатерины Второй. Кратко

«Екатерина по природе своей не была ни зла, ни жестока… и чрезмерно властолюбива: всю жизнь неизменно находилась под влиянием сменяющих друг друга фаворитов, которым с радостью уступала свою власть, вмешиваясь в их распоряжения страной только тогда, когда уж очень ясно они показывали свою неопытность, неспособность или глупость: она была умнее и опытнее в делах, чем все ее любовники, за исключением князя Потемкина.
В натуре Екатерины не было ничего чрезмерного, кроме странной смеси самой грубой и все усиливающейся с годами чувственности с чисто немецкой, практической сентиментальностью. В свои шестьдесят пять лет она как девочка влюблялась в двадцатилетних офицеров и искренне верила тому, что они также в нее влюблены. На седьмом десятке лет она плакала горькими слезами, когда ей казалось, будто Платон Зубов был с ней сдержаннее, чем обыкновенно»
(Марк Алданов)

Доктор исторических наук М.РАХМАТУЛЛИН.

В течение долгих десятилетий советской поры история царствования Екатерины II подавалась с явной предвзятостью, заведомо искажался и образ самой императрицы. Со страниц немногочисленных публикаций предстает хитрая и тщеславная немецкая принцесса, коварно завладевшая российским престолом и более всего озабоченная удовлетворением своих чувственных желаний. В основе подобных суждений - либо откровенно политизированный мотив, либо сугубо эмоциональные воспоминания ее современников, либо, наконец, тенденциозный умысел ее недругов (особенно из числа зарубежных оппонентов), пытавшихся опорочить жесткое и последовательное отстаивание императрицей национальных интересов России. А вот Вольтер в одном из своих писем к Екатерине II назвал ее "Северной Семирамидой", уподобив героине греческой мифологии, с именем которой связывают создание одного из семи чудес света - висячих садов. Тем самым великий философ выразил свое восхищение деятельностью императрицы по преобразованию России, ее мудрым правлением. В предлагаемом очерке предпринята попытка непредвзято рассказать о делах и личности Екатерины II. "Я довольно хорошо исполнила свою задачу"

Венценосная Екатерина II во всем блеске коронационного одеяния. Коронация по традиции состоялась в Москве, 22 сентября 1762 года.

Императрица Елизавета Петровна, царствовавшая с 1741 по 1761 год. Портрет середины XVIII века.

Свою старшую дочь цесаревну Анну Петровну Петр I выдал замуж за голштинского герцога Карла-Фридриха. Их сын и стал наследником русского престола Петром Федоровичем.

Матушка Екатерины II Иоганна-Елизавета ангальт-цербстская, пытавшаяся втайне от России интриговать в пользу прусского короля.

Прусский король Фридрих II, которому во всем старался подражать молодой русский наследник.

Наука и жизнь // Иллюстрации

Великая княгиня Екатерина Алексеевна и великий князь Петр Федорович. Их супружество оказалось на редкость неудачным.

Граф Григорий Орлов - один из активных организаторов и исполнителей дворцового переворота, вознесшего Екатерину на престол.

Самое горячее участие в перевороте июня 1762 года принимала совсем еще юная княгиня Екатерина Романовна Дашкова.

Семейный портрет царственной четы, сделанный вскоре после вступления на трон Петра III. Рядом с родителями - юный наследник Павел в восточном костюме.

Зимний дворец в Петербурге, в котором сановники и вельможи принесли присягу императрице Екатерине II.

Будущая российская императрица Екатерина II Алексеевна, урожденная София Фредерика Августа, принцесса ангальтцербстская, появилась на свет 21 апреля (2 мая) 1729 года в захолустном в ту пору Штеттине (Пруссия). Отец ее - ничем не примечательный князь Христиан-Август - преданной службой прусскому королю сделал неплохую карьеру: командир полка, комендант Штеттина, губернатор. В 1727 году (ему тогда было 42 года) женился на 16-летней голштейн-готторпской принцессе Иоганне-Елизавете.

Несколько взбалмошная принцесса, питавшая неуемное пристрастие к развлечениям и недальним поездкам по многочисленной и, не в пример ей, богатой родне, ставила семейные заботы не на первое место. Среди пятерых детей дочь-первенец Фикхен (так звали все домашние Софию Фредерику) не была ее любимицей - ждали сына. "Мое рождение не особенно радостно приветствовалось", - напишет позднее в своих "Записках" Екатерина. Властолюбивая и строгая родительница из желания "выбить гордыню" частенько награждала дочь пощечинами за невинные детские шалости и за недетское упорство характера. Маленькая Фикхен находила утешение у добродушного отца. Постоянно занятый на службе и практически не вмешивавшийся в воспитание детей, он тем не менее стал для них примером добросовестного служения на государственном поприще. "Я никогда не встречала более честного - как в смысле принципов, так и в отношении поступков - человека", - скажет об отце Екатерина в пору, когда уже хорошо узнала людей.

Недостаток материальных средств не позволял родителям нанимать дорогих опытных учителей и гувернанток. И здесь судьба щедро улыбнулась Софии Фредерике. После смены нескольких нерадивых гувернанток ее доброй наставницей стала французская эмигрантка Елизавета Кардель (по прозвищу Бабет). Как позже писала о ней Екатерина II, она "почти все знала, ничему не учившись; знала как свои пять пальцев все комедии и трагедии и была очень забавна". Сердечный отзыв воспитанницы рисует Бабет "образцом добродетели и благоразумия - она имела возвышенную от природы душу, развитой ум, превосходное сердце; она была терпелива, кротка, весела, справедлива, постоянна".

Пожалуй, главной заслугой умницы Кардель, обладавшей исключительно уравновешенным характером, можно назвать то, что она приохотила упрямую и скрытную на первых порах (плоды прежнего воспитания) Фикхен к чтению, в котором капризная и своенравная принцесса нашла истинное наслаждение. Естественное следствие этого увлечения - возникший вскоре интерес развитой не по летам девочки к серьезным трудам философского содержания. Неслучайно уже в 1744 году один из просвещенных друзей семьи, шведский граф Гюлленборг, в шутку, но не без оснований назвал Фикхен "пятнадцатилетним философом". Любопытно признание самой Екатерины II, что приобретению ею "ума и достоинств" много способствовало внушенное матерью убеждение, "будто я совсем дурнушка", удерживавшее принцессу от пустых светских развлечений. А между тем одна из современниц вспоминает: "Она была отлично сложена, с младенчества отличалась благородною осанкою и была выше своих лет. Выражение лица ее не было красиво, но очень приятно, причем открытый взгляд и любезная улыбка делали всю ее фигуру весьма привлекательною".

Однако дальнейшую судьбу Софии (как и многих затем немецких принцесс) определили не ее личные достоинства, а династическая ситуация в России. Бездетная императрица Елизавета Петровна сразу же после воцарения начала искать наследника, достойного российского престола. Выбор пал на единственного прямого продолжателя рода Петра Великого, его внука - Карла Петера Ульриха. Сын старшей дочери Петра I Анны и герцога голштейн-готторпского Карла Фридриха уже в 11 лет остался круглым сиротой. Воспитанием принца занимались педантичные немецкие учителя, руководимые патологически жестоким гофмаршалом графом Отто фон Брюммером. Хилого от рождения герцогского отпрыска порой держали впроголодь, а за любые провинности часами принуждали стоять коленками на горохе, часто и больно секли. "Я вас так велю сечь, - заходился в крике Брюммер, - что собаки кровь лизать будут". Мальчик находил отдушину в увлечении музыкой, пристрастившись к жалостливо звучащей скрипке. Другой его страстью была игра в оловянные солдатики.

Унижения, которым его изо дня в день подвергали, дали свои результаты: принц, как отмечают современники, сделался "вспыльчив, фальшив, любил хвастать, приучился лгать". Он вырос трусливым, скрытным, без меры капризным и много о себе мнившим человеком. Вот лаконичный портрет Петера Ульриха, нарисованный нашим блистательным историком В. О. Ключевским: "Его образ мыслей и действий производил впечатление чего-то удивительно недодуманного и недоделанного. На серьезные вещи он смотрел детским взглядом, а к детским затеям относился с серьезностью зрелого мужа. Он походил на ребенка, вообразившего себя взрослым; на самом деле это был взрослый человек, навсегда оставшийся ребенком".

Такой вот "достойный" наследник российского трона в январе 1742 года спешно (дабы его не перехватили шведы, королем которых он по своей родословной тоже мог стать) был доставлен в Петербург. В ноябре того же года принца против его воли обратили в православие и назвали Петром Федоровичем. Но в душе он всегда оставался истовым лютеранином-немцем, не проявившим никакой охоты сколько-нибудь сносно овладеть языком своей новой родины. К тому же с учебой и воспитанием наследнику не повезло и в Петербурге. У главного его наставника - академика Якова Штелина начисто отсутствовали какие-либо педагогические таланты, и он, видя поразительную неспособность и безразличие ученика, предпочел угождать постоянным капризам недоросля, а не учить его должным образом уму-разуму.

Между тем 14-летнему Петру Федоровичу уже подыскали и невесту. Что стало определяющим при выборе русским двором принцессы Софии? Саксонский резидент Пецольд писал по этому поводу: будучи хотя "из знатного, но столь малого рода", она будет послушной супругой без каких-либо претензий на участие в большой политике. Свою роль сыграли при этом и элегические воспоминания Елизаветы Петровны о ее несостоявшемся браке со старшим братом матери Софии - Карлом Августом (незадолго до свадьбы он умер от оспы), да и доставленные императрице портреты миловидной принцессы, которая уже тогда всем "нравилась с первого же взгляда" (так без ложной скромности напишет в своих "Записках" Екатерина II).

В конце 1743 года принцессу Софию пригласили (на русские деньги) в Петербург, куда она прибыла в сопровождении матери в феврале следующего года. Оттуда они направились в Москву, где в это время находился царский двор, и накануне дня рождения (9 февраля) Петра Федоровича прехорошенькая и приодетая (на те же деньги) невеста предстала перед императрицей и великим князем. Я. Штелин пишет об искреннем восторге Елизаветы Петровны при виде Софии. А зрелая красота, стать и величие русской царицы произвели неизгладимое впечатление на юную провинциальную принцессу. Как будто понравились друг другу и суженые. Во всяком случае, мать будущей невесты написала мужу, что "великий князь любит ее". Сама же Фикхен оценивала все более трезво: "Говоря по правде, русская корона больше мне нравилась, нежели его (жениха. - М. Р. ) особа".

И впрямь, идиллия, если она и возникла вначале, длилась недолго. Дальнейшее общение великого князя и принцессы показало полное несходство и характеров, и интересов, да и внешне они разительно отличались друг от друга: долговязый, узкоплечий и хилый жених еще более проигрывал на фоне необыкновенно привлекательной невесты. Когда же великий князь перенес оспу, лицо его настолько обезобразили свежие шрамы, что София, увидев наследника, не сдержалась и откровенно ужаснулась. Однако главное заключалось в другом: потрясающей инфантильности Петра Федоровича противостояла деятельная, целеустремленная, честолюбивая натура знающей себе цену принцессы Софии Фредерики, нареченной в России в честь матери императрицы Елизаветы Екатериной (Алексеевной). Это произошло с принятием ею православия 28 июня 1744 года. Императрица сделала новообращенной знатные подарки - бриллиантовую запонку и ожерелье ценой в 150 тысяч рублей. На другой день состоялось и официальное обручение, принесшее Екатерине титулы великой княгини и императорского высочества.

Оценивая позже ситуацию, возникшую весной 1744 года, когда императрица Елизавета, прознав о легкомысленных попытках склонной к интригам матери Софии, княгини Иоганны-Елизаветы, действовать (втайне от русского двора) в интересах прусского короля Фридриха II, чуть было не отправила ее с дочерью обратно, "к себе домой" (чему жених, как чутко уловила невеста, пожалуй, порадовался бы), Екатерина выразила свои чувства так: "Он был для меня почти безразличен, но небезразлична была для меня русская корона".

21 августа 1745 года начались продолжавшиеся десять дней свадебные церемонии. Пышные балы, маскарады, фейерверки, море вина и горы угощений для простого народа на Адмиралтейской площади Санкт-Петербурга превзошли все ожидания. Однако семейная жизнь молодоженов началась с разочарований. Как пишет сама Екатерина, плотно поужинавший в тот вечер супруг, "улегшись подле меня, задремал и благополучно проспал до самого утра". И так продолжалось из ночи в ночь, из месяца в месяц, из года в год. Петр Федорович, как и до свадьбы, самозабвенно играл в куклы, дрессировал (вернее, истязал) свору своих собак, устраивал ежедневные смотры потешной роте из придворных кавалеров его же возраста, а по ночам с азартом обучал "ружейной экзерциции" жену, доводя ее до полного изнеможения. Тогда же у него впервые обнаружилось чрезмерное пристрастие к вину и табаку.

Неудивительно, что Екатерина стала испытывать к номинальному мужу физическое отвращение, находя утешение в чтении самых разнообразных по тематике серьезных книг и в верховой езде (бывало, она проводила верхом на лошади до 13 часов в сутки). Сильное влияние на формирование ее личности, как она вспоминала, оказали знаменитые "Анналы" Тацита, а новейшая работа французского просветителя Шарля Луи Монтескье "О духе законов" стала для нее настольной книгой. Она поглощена изучением сочинений французских энциклопедистов и уже в то время интеллектуально на голову переросла всех окружающих.

Между тем стареющая императрица Елизавета Петровна ждала наследника и в том, что он не появлялся, винила Екатерину. В конце концов императрица по подсказке доверенных лиц устроила врачебный осмотр супружеской четы, о результатах которого мы узнаем из сообщений иностранных дипломатов: "Великий князь был не способен иметь детей от препятствия, устраняемого у восточных народов обрезанием, но которое он считал неизлечимым". Известие об этом ввергло Елизавету Петровну в шок. "Пораженная сею вестью, как громовым ударом, - пишет один из очевидцев, - Елизавета казалась онемевшею, долго не могла вымолвить слова, наконец, зарыдала".

Однако слезы не помешали императрице дать согласие на немедленную операцию, а на случай ее неуспеха она распорядилась подыскать подходящего "кавалера" на роль отца будущего ребенка. Им стал "красавец Серж", 26-летний камергер Сергей Васильевич Салтыков. После двух выкидышей (в 1752 и 1753 годах) 20 сентября 1754 года Екатерина родила наследника трона, нареченного Павлом Петровичем. Правда, злые языки при дворе едва ли не вслух говорили, что ребенка надо было бы величать Сергеевичем. Сомневался в своем отцовстве и благополучно избавившийся к тому времени от недуга Петр Федорович: "Бог знает, откуда моя жена берет свою беременность, я не слишком-то знаю, мой ли это ребенок и должен ли я принять его на свой счет?"

Время между тем показало неосновательность подозрений. Павел унаследовал не только специфические черты внешности Петра Федоровича, но, что еще важнее, особенности его характера - в том числе психическую неуравновешенность, раздражительность, склонность к непредсказуемым поступкам и неуемную любовь к бессмысленной муштре солдат.

Наследник сразу же после рождения был отлучен от матери и отдан под присмотр нянек, а Сергей Салтыков отправлен от влюбленной в него Екатерины в Швецию с придуманной дипломатической миссией. Что же касается великокняжеской четы, то Елизавета Петровна, получив долгожданного наследника, потеряла к ней прежний интерес. Со своим племянником из-за его несносных проделок * и дурашливых кривляний она не могла пробыть "и четверти часа, чтобы не почувствовать отвращения, гнева или огорчения". Он, например, просверлил дыры в стене комнаты, где тетушка-императрица принимала фаворита Алексея Разумовского, и не только сам наблюдал за тем, что там происходило, но приглашал заглянуть в глазок и "дружков" из своего окружения. Можно представить силу гнева Елизаветы Петровны, узнавшей о проделке. Тетушка-императрица отныне в сердцах частенько называет его то дураком, то уродом, а то и "проклятым племянником". В такой ситуации Екатерина Алексеевна, обеспечившая трону наследника, могла спокойно поразмыслить о своей дальнейшей судьбе.

Двадцатилетняя великая княгиня 30 августа 1756 года сообщает английскому послу в России сэру Чарльзу Герберту Уилльямсу, с которым состояла в тайной переписке, что решила "погибнуть или царствовать". Жизненные установки молодой Екатерины в России просты: нравиться великому князю, нравиться императрице, нравиться народу. Вспоминая об этом времени, она писала: "Поистине я ничем не пренебрегала, чтобы этого достичь: угодливость, покорность, уважение, желание нравиться, желание поступать как следует, искренняя привязанность - все с моей стороны постоянно к тому было употребляемо с 1744 по 1761 год. Признаюсь, что, когда я теряла надежду на успех в первом пункте, я удваивала усилия, чтобы выполнить два последних; мне казалось, что не раз успевала я во втором, а третий удался мне во всем своем объеме, без всякого ограничения каким-либо временем, и, следовательно, я думаю, что довольно хорошо исполнила свою задачу".

Способы же обретения Екатериной "доверенности русских" не содержали в себе ничего оригинального и по своей простоте как нельзя лучше отвечали умственному настрою и уровню просвещенности петербургского высшего света. Послушаем ее саму: "Приписывают это глубокому уму и долгому изучению моего положения. Совсем нет! Я этим обязана русским старушкам <...> И в торжественных собраниях, и на простых сходбищах и вечеринках я подходила к старушкам, садилась подле них, спрашивала о их здоровье, советовала, какие употреблять им средства в случае болезни, терпеливо слушала бесконечные их рассказы о их юных летах, о нынешней скуке, о ветрености молодых людей; сама спрашивала их совета в разных делах и потом искренне их благодарила. Я знала, как зовут их мосек, болонок, попугаев, дур; знала, когда которая из этих барынь именинница. В этот день являлся к ней мой камердинер, поздравлял ее от моего имени и подносил цветы и плоды из ораниенбаумских оранжерей. Не прошло двух лет, как самая жаркая хвала моему уму и сердцу послышалась со всех сторон и разнеслась по всей России. Самым простым и невинным образом составила я себе громкую славу, и, когда зашла речь о занятии русского престола, очутилось на моей стороне значительное большинство".

25 декабря 1761 года после долгой болезни не стало императрицы Елизаветы Петровны. Объявивший эту давно ожидаемую весть сенатор Трубецкой тут же провозгласил вступление на трон императора Петра III. Как пишет замечательный историк С. М. Соловьев, "ответом были рыдания и стоны на весь дворец <...> Большинство встретило мрачно новое царствование: знали характер нового государя и не ждали от него ничего хорошего". Екатерина же, если и имела намерение, как сама вспоминает, "спасать государство от той гибели, опасность которой заставляли предвидеть все нравственные и физические качества этого государя", то, будучи в то время на пятом месяце беременности, практически не могла активно вмешиваться в ход событий.

Возможно, это для нее было и к лучшему - за полгода правления Петр III сумел до такой степени настроить против себя столичное общество и дворянство в целом, что практически сам открыл супруге дорогу к власти. Причем отношение к нему не изменили ни повлекшее всеобщее ликование упразднение всем ненавистной Тайной канцелярии с ее застенками, заполненными арестантами по одному лишь печально знаменитому выкрику: "Слово и дело государево!", ни провозглашенный 18 февраля 1762 года Манифест о вольности дворянства, освобождавший дворян от обязательной государственной службы и предоставлявший им свободу выбора места проживания, занятий и право выезда за рубеж. Последний акт вызывал у дворянства такой приступ энтузиазма, что Сенат вознамерился даже поставить царю-благодетелю памятник из чистого золота. Однако эйфория длилась недолго, - все перевесили крайне непопулярные в обществе действия императора, сильно задевавшие национальное достоинство русских людей.

Гневному осуждению подвергалось нарочито афишируемое Петром III обожание прусского короля Фридриха II. Он громогласно провозгласил себя его вассалом, за что и получил в народе прозвище "обезьяна Фридриха". Градус общественного недовольства особенно резко подскочил, когда Петр III заключил с Пруссией мир и возвратил ей без какой-либо компенсации завоеванные кровью российских солдат земли. Этот шаг практически свел для России на нет все успехи Семилетней войны.

Петр III сумел настроить против себя и духовенство, поскольку по его указу от 21 марта 1762 года начали поспешно осуществлять принятое еще при Елизавете Петровне решение о секуляризации церковных земель: опустошенная многолетней войной казна требовала пополнения. Мало того, новый царь грозился лишить духовенство привычных пышных облачений, заменив их черными пасторскими рясами, и сбрить священникам бороды.

Не прибавляло славы новому императору и пагубное пристрастие к вину. Не осталось незамеченным и то, как крайне цинично вел он себя в дни скорбного прощания с покойной императрицей, позволяя непристойные ужимки, шутки, громкий смех у ее гроба... По словам современников, у Петра III не было в эти дни "более жестокого врага, чем он сам, потому что он не пренебрегает ничем, что могло бы ему повредить". Это подтверждает и Екатерина: у ее мужа "во всей империи не было более лютого врага, чем он сам". Как видим, Петр III основательно подготовил почву для переворота.

Затруднительно сказать, когда именно появились конкретные очертания заговора. С большой долей вероятности его возникновение можно отнести к апрелю 1762 года, когда Екатерина после родов получила физическую возможность для реальных действий. Окончательно решение о заговоре, видимо, утвердилось после случившегося в начале июня семейного скандала. На одном из торжественных обедов Петр III в присутствии иностранных послов и около 500 гостей во всеуслышание несколько раз кряду обозвал жену дурой. Затем последовало распоряжение адъютанту арестовать супругу. И только настойчивые уговоры принца Георга Людвига Голштинского (он приходился императорской чете дядюшкой) потушили конфликт. Но не изменили намерение Петра III любыми способами освободиться от жены и осуществить давнее свое желание - жениться на фаворитке, Елизавете Романовне Воронцовой. По отзывам близких к Петру лиц, она "ругалась, как солдат, косила, дурно пахла и плевалась при разговоре". Рябая, толстая, с непомерным бюстом, она была как раз тем типом женщины, который нравился Петру Федоровичу, во время попоек громогласно называвшему свою подружку не иначе как "Романова". Екатерине же грозило неминуемое пострижение в монахини.

Времени на организацию классического заговора с длительной подготовкой и продумыванием всех деталей не оставалось. Все решалось по обстановке, едва ли не на уровне импровизации, правда, компенсируемой решительными действиями сторонников Екатерины Алексеевны. Среди них был и ее тайный воздыхатель украинский гетман К. Г. Разумовский, одновременно командир Измайловского полка, любимец гвардейцев. Явные симпатии выказывали ей и приближенные к Петру III обер-прокурор А. И. Глебов, генерал-фельдцейхмейстер А. Н. Вильбоа, директор полиции барон Н. А. Корф, а также генерал-аншеф М. Н. . В подготовке переворота участвовала и 18-летняя необычайно энергичная и по-девичьи верная дружбе с Екатериной княгиня Е. Р. Дашкова (фаворитка Петра III приходилась ей сестрой), обладавшая обширными связями в свете благодаря близости к Н. И. Панину и тому, что канцлер М. И. Воронцов был ее родным дядей.

Именно через сестру фаворитки, не вызывавшую никаких подозрений, к участию в перевороте удалось привлечь офицеров Преображенского полка - П. Б. Пассека, С. А. Бредихина, братьев Александра и Николая Рославлевых. По иным надежным каналам устанавливались связи с другими энергичными молодыми гвардейскими офицерами. Все они и проложили Екатерине сравнительно легкий путь к трону. Среди них наиболее активный и деятельный - "выдававшийся из толпы товарищей красотою, силою, молодцеватостью, общительностью" 27-летний Григорий Григорьевич Орлов (давно уже состоявший в любовной связи с Екатериной - родившийся у нее в апреле 1762 года мальчик был их сын Алексей). Фаворита Екатерины во всем поддерживали два его таких же молодцеватых брата-гвардейца - Алексей и Федор. Именно трое братьев Орловых фактически являлись главной пружиной заговора.

В конной гвардии "направляли все благоразумно, смело и деятельно" будущий фаворит Екатерины II 22-летний унтер-офицер Г. А. Потемкин и его одногодок Ф. А. Хитрово. К концу июня, по словам Екатерины, ее "соумышленниками" в гвардии были до 40 офицеров и около 10 тысяч рядовых. Одним из главных вдохновителей заговора стал воспитатель цесаревича Павла Н. И. Панин. Правда, он преследовал отличные от Екатерины цели: отстранение от власти Петра Федоровича и установление регентства при своем воспитаннике, малолетнем царе Павле Петровиче. Екатерина знает об этом, и, хотя такой план для нее абсолютно неприемлем, она, не желая раздробления сил, при разговоре с Паниным ограничивается ни к чему не обязывавшей фразой: "Мне милее быть матерью, чем женой повелителя".

Случай приблизил падение Петра III: безрассудное решение начать войну с Данией (при совершенно пустой казне) и самому командовать войсками, хотя неспособность императора к военному делу была притчей во языцех. Его интересы здесь ограничивались любовью к красочным мундирам, к бесконечной муштре и усвоению грубых солдатских манер, которые он считал показателем мужественности. Даже настоятельный совет его кумира Фридриха II - до коронации не отправляться на театр военных действий - не возымел на Петра действия. И вот уже гвардия, избалованная при императрице Елизавете Петровне вольготной столичной жизнью, а теперь по прихоти царя наряженная в ненавистные мундиры прусского образца, получает приказ срочно готовиться к походу, совершенно не отвечавшему интересам России.

Непосредственным сигналом к началу действий заговорщиков послужил случайный арест вечером 27 июня одного из заговорщиков - капитана Пассека. Опасность была велика. Алексей Орлов и гвардейский поручик Василий Бибиков в ночь на 28 июня спешно поскакали в Петергоф, где находилась Екатерина. Оставшиеся в Петербурге братья Григорий и Федор подготовили все для подобающей "царской" встречи ее в столице. В шесть часов утра 28 июня Алексей Орлов разбудил Екатерину словами: "Пора вставать: все готово для вашего провозглашения". "Как? Что?" - произносит спросонья Екатерина. "Пассек арестован", - был ответ А. Орлова.

И вот колебания отброшены, Екатерина с камер-фрейлиной садятся в карету, в которой прибыл Орлов. На запятках устраиваются В. И. Бибиков и камер-лакей Шкурин, на козлах рядом с кучером - Алексей Орлов. Верст за пять до столицы их встречает Григорий Орлов. Екатерина пересаживается в его карету со свежими лошадьми. Перед казармами Измайловского полка гвардейцы в восторге приносят присягу новой императрице. Затем карета с Екатериной и толпа солдат, возглавляемая священником с крестом, направляются к Семеновскому полку, встретившему Екатерину громовым "Ура!". Сопровождаемая войсками, она едет в Казанский собор, где тотчас же начинается молебен и на ектеньях "возглашали самодержавную императрицу Екатерину Алексеевну и наследника великого князя Павла Петровича". Из собора Екатерина, уже императрица, отправляется в Зимний дворец. Здесь к двум полкам гвардии присоединились чуть припозднившиеся и страшно этим расстроенные гвардейцы Преображенского полка. К полудню подтянулись и армейские части.

Тем временем в Зимнем дворце уже толпятся члены Сената и Синода, другие высшие чины государства. Они без каких-либо проволочек принесли присягу императрице по наскоро составленному будущим статс-секретарем Екатерины II Г. Н. Тепловым тексту. Обнародован и Манифест о восшествии на престол Екатерины "по желанию всех наших подданных". Жители северной столицы ликуют, рекой льется за казенный счет вино из погребов частных виноторговцев. Разгоряченный выпитым, простой народ от души веселится и ждет благодеяний от новой царицы. Но ей пока не до них. Под возгласы "Ура!" отменен датский поход. Для привлечения на свою сторону флота в Кронштадт послан надежный человек - адмирал И. Л. Талызин. Указы о перемене власти предусмотрительно направлены и в находившуюся в Померании часть русской армии.

А что же Петр III? Подозревал ли он угрозу переворота и что происходило в его ближайшем окружении в злополучный день 28 июня? Сохранившиеся документальные свидетельства однозначно показывают, что он даже мысли не допускал о возможности переворота, уверенный в любви подданных. Отсюда его пренебрежение к ранее поступавшим, правда туманным, предостережениям.

Засидевшись накануне за поздним ужином, Петр 28 июня к полудню приезжает в Петергоф для празднования предстоящих своих именин. И обнаруживает, что Екатерины в Монплезире нет, - она неожиданно уехала в Петербург. В город срочно посланы гонцы - Н. Ю. Трубецкой и А. И. Шувалов (один - полковник Семеновского, другой - Преображенского полка). Однако ни тот, ни другой не вернулись, без раздумий присягнув Екатерине. Но и исчезновение гонцов не придало решительности Петру, с самого начала морально раздавленному полной, на его взгляд, безысходностью ситуации. Наконец принято решение двигаться в Кронштадт: по донесению коменданта крепости П. А. Девиера, там будто бы готовы к приему императора. Но пока Петр и его люди плыли в Кронштадт, туда уже успел прибыть Талызин и, к радости гарнизона, привел всех к присяге на верность императрице Екатерине II. Поэтому подошедшая в первом часу ночи к крепости флотилия низложенного императора (одна галера и одна яхта) вынуждена была повернуть обратно к Ораниенбауму. Не принял Петр и совета возвращенного им из ссылки престарелого графа Б. Х. Миниха действовать "по-царски", не медля ни часу, отправиться к войскам в Ревель и с ними двинуться на Петербург.

А в это время Екатерина еще раз демонстрирует свою решительность, приказав стянуть к Петергофу до 14 тысяч войск с артиллерией. Задача захвативших трон заговорщиков сложна и одновременно проста: добиться "добровольного" благопристойного отречения Петра от престола. И 29 июня генерал М. Л. Измайлов доставляет Екатерине жалкое послание Петра III с просьбой о прощении и с отказом от своих прав на трон. Он выразил также готовность (если будет дозволено) вместе с Е. Р. Воронцовой, адъютантом А. В. Гудовичем, скрипкой и любимым мопсом отправиться на жительство в Голштинию, лишь бы ему был выделен достаточный для безбедного существования пансион. От Петра затребовали "письменное и своеручное удостоверение" об отказе от престола "добровольно и непринужденно". Петр был согласен на все и письменно покорно заявил "целому свету торжествен но": "От правительства Российским государством на весь век мой отрекаюсь".

К полудню Петра взяли под арест, доставили в Петергоф, а затем перевели в Ропшу - небольшой загородный дворец в 27 верстах от Петербурга. Здесь он был посажен "под крепкий караул" якобы до той поры, пока будут готовы помещения в Шлиссельбурге. Главным "караульщиком" назначили Алексея Орлова. Итак, на весь переворот, не проливший ни единой капли крови, потребовалось неполных два дня - 28 и 29 июня. Фридрих II позже в разговоре с французским посланником в Петербурге графом Л.-Ф. Сегюром дал такой отзыв о событиях в России: "Отсутствие мужества в Петре III погубило его: он позволил свергнуть себя с престола, как ребенка, которого отсылают спать ".

В сложившейся ситуации физическое устранение Петра было самым верным и бесхлопотным решением проблемы. Как по заказу, именно так и случилось. Нa седьмой день после переворота при не вполне выясненных до сих пор обстоятельствах Петр III был умерщвлен. Народу же официально объявили, что Петр Федорович скончался от геморроидальной колики, случившейся "по воле божественного Провидения".

Естественно, современников, как впоследствии и историков, жгуче интересовал вопрос о причастности Екатерины к этой трагедии. Есть разные мнения на этот счет, но все они строятся на догадках и допущениях, и никаких фактов, уличающих Екатерину в этом преступлении, просто нет. Видимо, прав был французский посланник Беранже, когда по горячим следам событий писал: "Я не подозреваю в этой принцессе такой ужасной души, чтобы думать, что она участвовала в смерти царя, но так как тайна самая глубокая будет, вероятно, всегда скрывать от общего сведения настоящего автора этого ужасного убийства, подозрение и гнусность останутся на императрице".

Более определенно высказался А. И. Герцен: "Весьма вероятно, что Екатерина не давала приказания убить Петра III. Мы знаем из Шекспира, как даются эти приказания - взглядом, намеком, молчанием". Здесь важно заметить, что все участники "нечаянного" (так объяснял в своей покаянной записочке императрице А. Орлов) убийства низложенного императора не только не понесли никакого наказания, но были потом отменно награждены деньгами и крепостными душами. Тем самым Екатерина, вольно или невольно, взяла этот тяжкий грех на себя. Возможно, именно поэтому не меньшую милость императрица проявила и по отношению к своим недавним врагам: практически ни один из них не только не был отправлен по сложившейся российской традиции в ссылку, но и вообще не понес наказания. Даже метрессу Петра Елизавету Воронцову всего лишь тихо водворили в дом ее отца. Более того, впоследствии Екатерина II стала крестной матерью ее первенца. Воистину великодушие и незлопамятность - верное оружие сильных, всегда приносящее им славу и верных почитателей.

6 июля 1762 года в Сенате был объявлен подписанный Екатериной Манифест о восшествии на престол. 22 сентября в прохладно встретившей ее Москве состоялась торжественная коронация. Так началось 34-летнее царствование Екатерины Второй.

Приступая к характеристике долгого правления Екатерины II и ее личности, обратим внимание на один парадоксальный факт: незаконность восшествия на трон Екатерины имела и свои несомненные плюсы, особенно в первые годы царствования, когда она "должна была тяжким трудом, великими услугами и пожертвованиями искупать то, что цари законные имеют без труда. Эта самая необходимость и была отчасти пружиною великих и блистательных дел ее". Так считал не только известный литератор и мемуарист Н. И. Греч, которому принадлежит приведенное суждение. Он в данном случае лишь отражал мнение образованной части общества. В. О. Ключевский, говоря о задачах, стоявших перед Екатериной, взявшей, а не получившей власть по закону, и отмечая крайнюю запутанность ситуации в России после переворота, делал упор на том же моменте: "Власть захваченная всегда имеет характер векселя, по которому ждут уплаты, а по настроению русского общества Екатерине предстояло оправдать разнообразные и несогласные ожидания". Забегая вперед, скажем, что вексель этот был ею погашен в срок.

В исторической литературе давно уже отмечено основное противоречие екатерининского "века Просвещения" (правда, не всеми специалистами разделяемое): императрица "хотела столько просвещения и такого света, чтобы не страшиться его "неминуемого следствия". Иначе говоря, Екатерина II оказалась перед взрывоопасной дилеммой: просвещение или рабство? А поскольку она так и не разрешила сию проблему, оставив в неприкосновенности крепостное право, то вроде бы дала повод для последующих недоумений по поводу того, почему она этого не сделала. Но приведенная выше формула ("просвещение - рабство") вызывает естественные вопросы: а были ли в ту пору в России соответствую щие условия для уничтожения "рабства" и осознавало ли тогдашнее общество необходимость радикального изменения социальных отношений в стране? Попытаемся ответить на них.

Определяя курс своей внутренней политики, Екатерина опиралась прежде всего на приобретенные ею книжные знания. Но не только. Преобразовательный пыл императрицы на первых порах подпитывался изначальной ее оценкой России как "еще не распаханной страны", где лучше всего и проводить всякие реформы. Именно поэтому 8 августа 1762 года, всего на шестой неделе своего правления, Екатерина II специальным указом подтвердила мартовский указ Петра III о запрете покупки промышленниками крепостных крестьян. Владельцы заводов и рудников отныне должны довольствоваться трудом вольнонаемных рабочих, оплачиваемых по договору. Кажется, у нее вообще было намерение отменить принудительный труд и сделать так, чтобы избавить страну от "позора рабства", как того требовал дух учения Монтескье. Но намерение это не настолько еще у нее окрепло, чтобы решиться на такой революционный шаг. К тому же Екатерина пока не имела сколько-нибудь полного представления о российской действительности. С другой стороны, как заметил один из умнейших людей пушкинской эпохи князь П. А. Вяземский, когда деяния Екатерины II еще не стали "преданьем старины глубокой", она "любила реформы, но постепенные, преобразования, но не крутые", без ломки.

К 1765 году Екатерина II приходит к мысли о необходимости созыва Уложенной комиссии для приведения "в лучший порядок" существующего законодательства и для того, чтобы достоверно узнать "нужды и чувствительные недостатки нашего народа". Напомним, попытки созвать действующий законотворческий орган - Уложенную комиссию - не раз предпринимались и ранее, но все они в силу разных причин заканчивались неудачей. Учитывая это, наделенная недюжинным умом Екатерина прибегла к небывалому в истории России деянию: она собственноручно составила особый "Наказ", представляющий собой детально расписанную программу действий Комиссии.

Как следует из письма к Вольтеру, она считала, что русский народ - "превосходная почва, на которой хорошее семя быстро возрастает; но нам также нужны аксиомы, неоспоримо признанные за истинные". А аксиомы эти известны - идеи Просвещения, положенные ею в основу нового российского законодательства. Еще В. О. Ключевский специально выделил основное условие для реализации преобразовательных планов Екатерины, в сжатом виде изложенное ею в "Наказе": "Россия есть европейская держава; Петр I, вводя нравы и обычаи европейские в европейском народе, нашел такие удобства, каких и сам не ожидал. Заключение следовало само собой: аксиомы, представляющие последний и лучший плод европейской мысли, найдут в этом народе такие же удобства".

В литературе о "Наказе" с давних пор существует мнение о сугубо компилятивном характере этого главного екатерининского политического труда. Обосновывая подобные суждения, обычно ссылаются на ее собственные слова, сказанные французскому философу и просветителю Д"Аламберу: "Вы увидите, как там я на пользу моей империи обобрала президента Монтескье, не называя его". И впрямь, из 526 статей "Наказа", разбитых на 20 глав, 294 восходят к труду знаменитого французского просветителя Монтескье "О духе законов", а 108 - к сочинению итальянского ученого-юриста Чезаре Беккариа "О преступлениях и наказаниях". Екатерина широко использовала и труды других европейских мыслителей. Однако то было не простое переложение на русский лад сочинений именитых авторов, а их творческое переосмысление, попытка приложить заложенные в них идеи к российской действительности.

(Продолжение следует.)

Родилась София Фредерика Августа Ангальт-Цербстская 21 апреля (2 мая) 1729 года в немецком померанском городе Штеттин (ныне Щецин в Польше). Отец происходил из цербст-дорнбургской линии ангальтского дома и состоял на службе у прусского короля, был полковым командиром, комендантом, затем губернатором города Штеттина, баллотировался в Курляндские герцоги, но неудачно, службу закончил прусским фельдмаршалом. Мать - из рода Гольштейн-Готторп, приходилась двоюродной теткой будущему Петру III. Дядя по материнской линии Адольф-Фридрих (Адольф Фредрик) с 1751 года был королём Швеции (избран наследником в г.). Родословная матери Екатерины II восходит к Кристиану I , королю Дании, Норвегии и Швеции, первому герцогу Шлезвиг-Голштейнскому и основателю династии Ольденбургов .

Детство, образование и воспитание

Семья герцога Цербстского была небогатой, Екатерина получила домашнее образование. Обучалась немецкому и французскому языкам, танцам, музыке, основам истории, географии, богословия. Воспитывалась в строгости. Росла любознательной, склонной к подвижным играм, настойчивой.

Екатерина продолжает заниматься самообразованием. Она читает книги по истории, философии, юриспруденции, сочинения Вольтера , Монтескье , Тацита , Бейля , большое количество другой литературы. Основным развлечением для неё стала охота, верховая езда, танцы и маскарады. Отсутствие супружеских отношений с великим князем способствовало появлению у Екатерины любовников. Между тем, императрица Елизавета высказывала недовольство отсутствием детей у супругов.

Наконец, после двух неудачных беременностей, 20 сентября (1 октября) 1754 году Екатерина родила сына, которого у неё сразу забирают, называют Павлом (будущий император Павел I) и лишают возможности воспитывать, а позволяют только изредка видеть. Ряд источников утверждает, что истинным отцом Павла был любовник Екатерины С. В. Салтыков. Другие - что такие слухи лишены оснований, и что Петру была сделана операция, устранившая дефект, делавший невозможным зачатие. Вопрос об отцовстве вызывал интерес и у общества.

После рождения Павла отношения с Петром и Елизаветой Петровной окончательно испортились. Пётр открыто заводил любовниц, впрочем, не препятствуя делать это и Екатерине, у которой в этот период возникла связь с Станиславом Понятовским - будущим королём Польши. 9 (20) декабря 1758 года Екатерина родила дочь Анну, что вызвало сильное недовольство Петра, произнёсшего при известии о новой беременности: «Бог знает, откуда моя жена беременеет; я не знаю наверное, мой ли этот ребенок и должен ли я признавать его своим». В это время ухудшилось состояние Елизаветы Петровны. Всё это делало реальной перспективу высылки Екатерины из России или заключения её в монастырь . Ситуацию усугубляло то, что вскрылась тайная переписка Екатерины с опальным фельдмаршалом Апраксиными и английским послом Вильямсом, посвящённая политическим вопросам. Её прежние фавориты были удалены, но начал формироваться круг новых: Григорий Орлов, Дашкова и другие.

Смерть Елизаветы Петровны (25 декабря 1761 (5 января 1762)) и восшествие на престол Петра Фёдоровича под именем Петра III ещё больше отдалили супругов. Пётр III стал открыто жить с любовницей Елизаветой Воронцовой, поселив жену в другом конце Зимнего дворца. Когда Екатерина забеременела от Орлова это уже нельзя было объяснить случайным зачатием от мужа, так как общение супругов прекратилось к тому времени совершенно. Беременность свою Екатерина скрывала, а когда пришло время рожать, её преданный камердинер Василий Григорьевич Шкурин поджёг свой дом. Любитель подобных зрелищ Пётр с двором ушли из дворца посмотреть на пожар; в это время Екатерина благополучно родила. Так появился на свет божий первый на Руси граф Бобринский - основатель известной фамилии.

Переворот 28 июня 1762 года

  1. Нужно просвещать нацию, которой должно управлять.
  2. Нужно ввести добрый порядок в государстве, поддерживать общество и заставить его соблюдать законы.
  3. Нужно учредить в государстве хорошую и точную полицию.
  4. Нужно способствовать расцвету государства и сделать его изобильным.
  5. Нужно сделать государство грозным в самом себе и внушающим уважение соседям.

Политика Екатерины II характеризовалась поступательным, без резких колебаний, развитием. По восшествии на престол она провела ряд реформ (судебную, административную и др.). Территория Российского государства существенно возросла за счёт присоединения плодородных южных земель - Крыма, Причерноморья, а также восточной части Речи Посполитой и др. Население возросло с 23,2 млн (в 1763 г.) до 37,4 млн (в 1796 г.), Россия стала самой населённой европейской страной (на неё приходилось 20 % населения Европы). Как писал Ключевский, «Армия со 162 тыс. человек усилена до 312 тыс., флот, в 1757 г. состоявший из 21 линейного корабля и 6 фрегатов, в 1790 г. считал в своем составе 67 линейных кораблей и 40 фрегатов, сумма государственных доходов с 16 млн руб. поднялась до 69 млн, то есть увеличилась более чем вчетверо, успехи внешней торговли: балтийской; в увеличении ввоза и вывоза, с 9 млн до 44 млн руб., черноморской, Екатериной и созданной, - с 390 тыс. в 1776 г. до 1900 тыс. руб. в 1796 г., рост внутреннего оборота обозначился выпуском монеты в 34 года царствования на 148 млн руб., тогда как в 62 предшествовавших года ее выпущено было только на 97 млн» .

Экономика России продолжала оставаться аграрной. Доля городского населения в 1796 году составляла 6,3 %. Вместе с тем, был основан ряд городов (Тирасполь, Григориополь и др.), более, чем в 2 раза увеличилась выплавка чугуна (по которому Россия вышла на 1 место в мире), возросло число парусно-полотняных мануфактур. Всего к концу XVIII в. в стране насчитывалось 1200 крупных предприятий (в 1767 г. их было 663). Значительно увеличился экспорт российских товаров в европейские страны, в том числе через созданные черноморские порты.

Внутренняя политика

Приверженность Екатерины идеям Просвещения определила характер её внутренней политики и направления реформирования различных институтов российского государства. Для характеристики внутренней политики екатерининского времени часто используется термин «просвещённый абсолютизм ». По мнению Екатерины, основанному на трудах французского философа Монтескье, обширные российские пространства и суровость климата обуславливают закономерность и необходимость самодержавия в России. Исходя из этого при Екатерине происходило укрепление самодержавия, усиление бюрократического аппарата, централизации страны и унификации системы управления.

Уложенная комиссия

Предпринята попытка созыва Уложенной Комиссии , которая бы систематизировала законы. Основная цель - выяснение народных нужд для проведения всесторонних реформ.

В комиссии приняло участие более 600 депутатов, 33 % из них было избрано от дворянства, 36 % - от горожан, куда также входили и дворяне, 20 % - от сельского населения (государственных крестьян). Интересы православного духовенства представлял депутат от Синода.

В качестве руководящего документа Комиссии 1767 г. императрица подготовила «Наказ » - теоретическое обоснование просвещенного абсолютизма .

Первое заседание прошло в Грановитой палате в Москве

Из-за консерватизма депутатов Комиссию пришлось распустить.

Вскоре после переворота государственный деятель Н. И. Панин предложил создать Императорский совет: 6 или 8 высших сановников правят совместно с монархом (как кондиции 1730 г.). Екатерина отвергла этот проект.

По другому проекту Панина был преобразован Сенат - 15 дек. 1763 г. Он был разделён на 6 департаментов, возглавляемых обер-прокурорами, во главе становился генерал-прокурор. Каждый департамент имел определённые полномочия. Общие полномочия Сената были сокращены, в частности, он лишился законодательной инициативы и стал органом контроля за деятельностью государственного аппарата и высшей судебной инстанцией. Центр законотворческой деятельности переместился непосредственно к Екатерине и её кабинету со статс-секретарями.

Губернская реформа

7 нояб. 1775 г. было принято «Учреждение для управления губерний Всероссийской империи». Вместо трехзвенного административного деления - губерния, провинция, уезд, стало действовать двухзвенное - губерния , уезд (в основе которого лежал принцип численности податного населения). Из прежних 23 губерний образовано 50, в каждой из которых проживало 300-400 тыс. д.м.п. Губернии делились на 10-12 уездов, в каждом по 20-30 тыс. д.м.п.

Таким образом, дальнейшая необходимость в сохранении присутствия Запорожских казаков на их исторической родине для охраны южных российских границ отпала. В то же время их традиционный образ жизни часто приводил к конфликтам с российскими властями. После неоднократных погромов сербских поселенцев , а также в связи с поддержкой казаками Пугачёвского восстания , Екатерина II приказала расформировать Запорожскую Сечь, что и было исполнено по приказу Григория Потёмкина об усмирении запорожских казаков генералом Петром Текели в июне 1775 года .

Сечь была бескровно расформирована, а потом сама крепость уничтожена. Большинство казаков было распущено, но через 15 лет о них вспомнили и создали Войско Верных Запорожцев, впоследствии Черноморское казачье войско , а в 1792 году Екатерина подписывает манифест, который дарит им Кубань на вечное пользование, куда казаки и переселились, основав город Екатеринодар .

Реформы на Дону создали войсковое гражданское правительство по образцу губернских администраций центральной России.

Начало присоединения Калмыцкого ханства

В результате общих административных реформ 70-х годов, направленных на укрепление государства, было принято решение о присоединении к Российской империи калмыцкого ханства.

Своим указом от 1771 г. Екатерина ликвидировала Калмыцкое ханство , тем самым начав процесс присоединения к России государства калмыков, ранее имевшее отношения вассалитета с Российским государством. Делами калмыков стала ведать особая Экспедиция калмыцких дел, учрежденная при канцелярии астраханского губернатора. При правителях же улусов были назначены приставы из числа русских чиновников. В 1772 г. при Экспедиции калмыцких дел был учрежден калмыцкий суд - Зарго, состоящий из трех членов - по одному представителю от трех главных улусов: торгоутов, дербетов и хошоутов.

Данному решению Екатерины предшествовала последовательная политика императрицы по ограничению ханской власти в Калмыцком ханстве. Так, в 60-х годах в ханстве усилились кризисные явления, связанные с колонизацией калмыцких земель русскими помещиками и крестьянами, сокращением пастбищных угодий, ущемлением прав местной феодальной верхушки, вмешательством царских чиновников в калмыцкие дела. После устройства укрепленной Царицынской линии в районе основных кочевий калмыков стали селиться тысячи семей донских казаков, по всей Нижней Волге стали строиться города и крепости. Под пашни и сенокосы отводились лучшие пастбищные земли. Район кочевий постоянно суживался, в свою очередь это обостряло внутренние отношения в ханстве. Местная феодальная верхушка также была недовольна миссионерской деятельностью русской православной церкви по христианизации кочевников, а также оттоком людей из улусов в города и села на заработки. В этих условиях в среде калмыцких нойонов и зайсангов, при поддержке буддийской церкви созрел заговор с целью ухода народа на историческую родину - в Джунгарию.

5 января 1771 г. калмыцкие феодалы, недовольные политикой императрицы, подняли улусы, кочевавшие по левобережью Волги, и отправились в опасный путь в Центральную Азию. Еще в ноябре 1770 года войско было собрано на левом берегу под предлогом отражения набегов казахов Младшего Жуза. Основная масса калмыцкого населения проживала в то время на луговой стороне Волги. Многие нойоны и зайсанги, понимая гибельность похода, желали остаться со своими улусами, но сзади идущее войско гнало всех вперед. Этот трагический поход обернулся для народа страшным бедствием. Небольшой по численности калмыцкий этнос потерял в пути погибшими в боях, от ран, холода, голода, болезней, а также пленными около 100 000 человек, лишился почти всего скота - основного богатства народа. , , .

Данные трагические события в истории калмыцкого народа нашли отражение в поэме Сергея Есенина «Пугачев».

Областная реформа в Эстляндии и Лифляндии

Прибалтика в результате проведения областной реформы в 1782-1783 гг. была разделена на 2 губернии - Рижскую и Ревельскую - с учреждениями, уже существовавшими в прочих губерниях России. В Эстляндии и Лифляндии был ликвидирован особый прибалтийский порядок, предусматривовший более обширные, чем у русских помещиков, права местных дворян на труд и личность крестьянина.

Губернская реформа в Сибири и Среднем Поволжье

По новому протекционистскому тарифу 1767 г. был полностью запрещен импорт тех товаров, которые производились или могли производиться внутри России. Пошлины от 100 до 200 % накладывались на предметы роскоши, вино, зерно, игрушки… Экспортные пошлины составляли 10-23 % стоимости ввозимых товаров.

В 1773 году Россия экспортировала товаров на сумму 12 миллионов рублей, что на 2,7 миллионов рублей превышало импорт. В 1781 году экспорт уже составлял 23,7 миллионов рублей против 17,9 миллионов рублей импорта. Российские торговые суда начали плавать и в Средиземном море . Благодаря политике протекционизма в 1786 г. экспорт страны составил 67,7 млн руб., а импорт - 41,9 млн руб.

Вместе с тем, Россия при Екатерине пережила ряд финансовых кризисов и вынуждена была делать внешние займы, размер которых к концу правления императрицы превысил 200 миллионов рублей серебром.

Социальная политика

Московский Воспитательный дом

В губерниях были приказы общественного призрения. В Москве и Петербурге - Воспитательные дома для беспризорных детей (в настоящее время здания Московского Воспитательного дома занимает Военная академия им. Петра Великого), где они получали образование и воспитание. Для помощи вдовам была создана Вдовья казна .

Введено обязательное оспопрививание, причём Екатерина первой сделала такую прививку. При Екатерине II борьба с эпидемиями в России стала приобретать характер государственных мероприятий, непосредственно входивших в круг обязанностей императорского Совета, Сената. По указу Екатерины были созданы форпосты, размещенные не только на границах, но и на дорогах, ведущих в центр России. Был создан «Устав пограничных и портовых карантинов» .

Развивались новые для России направления медицины: были открыты больницы для лечения сифилиса, психиатрические больницы и приюты. Издан ряд фундаментальных трудов по вопросам медицины.

Национальная политика

После присоединения к Российской империи земель, прежде бывших в составе Речи Посполитой, в России оказалось около миллиона евреев - народа с иной религией, культурой, укладом и бытом. Для недопущения их переселения в центральные области России и прикрепления к своим общинам для удобства взимания государственных налогов, Екатерина II в 1791 году установила черту оседлости , за пределами которой евреи не имели права проживать. Черта оседлости была установлена там же, где евреи и проживали до этого - на присоединённых в результате трёх разделов Польши землях, а также в степных областях у Чёрного моря и малонаселенных территориях к востоку от Днепра . Переход евреев в православие снимал все ограничения на проживание. Отмечается, что черта оседлости способствовала сохранению еврейской национальной самобытности, формированию особой еврейской идентичности в рамках Российской империи .

Вступив на престол Екатерина отменила указ Петра III о секуляризации земель у церкви. Но уже в февр. 1764 г. вновь издала указ о лишении Церкви земельной собственности. Монастырские крестьяне числом ок 2 млн чел. обоего пола были изъяты из ведения духовенства и переданы в управление Коллегии экономии . В ведении государства вошли вотчины церквей, монастырей и архиереев.

На Украине секуляризация монастырских владений была проведена в 1786 г.

Тем самым духовенство попадало в зависимость от светской власти, так как не могло осуществлять самостоятельную экономическую деятельность.

Екатерина добилась от правительства Речи Посполитой уравнения в правах религиозных меньшинств - православных и протестантов.

При Екатерине II прекратились преследования старообрядцев . Императрица выступила инициатором возвращения из-за границы старообрядцев, экономически активного населения. Им было специально отведено место на Иргизе (современные Саратовская и Самарская области) . Им было разрешено иметь священников .

Свободное переселение немцев в Россию привело к существенному увеличению числа протестантов (в основном лютеран) в России. Им также дозволялось строить кирхи, школы, свободно совершать богослужения. В конце XVIII века только в одном Петербурге насчитывалось более 20 тыс. лютеран.

Расширение пределов Российской империи

Разделы Польши

В состав федеративного государства Речь Посполитая входили Польша, Литва, Украина и Белоруссия.

Поводом для вмешательства в дела Речи Посполитой послужил вопрос о положении диссидентов (то есть некатолического меньшинства - православных и протестантов), чтобы те были уравнены с правами католиков. Екатерина оказывала сильное давление на шляхту с целью избрания на польский престол своего ставленника Станислава Августа Понятовского , который и был избран. Часть польской шляхты выступила против этих решений и организовала восстание, поднятое в Барской конфедерации . Оно было подавлено русскими войсками в союзе с польским королём. В 1772 году Пруссия и Австрия , опасаясь усиления российского влияния в Польше и её успехами в войне с Османской империей(Турция), предложили Екатерине провести раздел Речи Посполитой в обмен на прекращение войны, угрожая в противном случае войной против России. Россия, Австрия и Пруссия ввели свои войска.

В 1772 г. состоялся 1-ый раздел Речи Посполитой . Австрия получила всю Галицию с округами, Пруссия - Западную Пруссию (Поморье), Россия - восточную часть Белоруссии до Минска (губернии Витебская и Могилевская) и часть латвийских земель, входивших ранее в Ливонию .

Польский сейм был вынужден согласиться с разделом и отказаться от претензий на утраченные территории: ей было потеряно 3800 км² с населением в 4 млн человек.

Польские дворяне и промышленники содействовали принятию Конституции 1791 г. консервативная часть населения Тарговицкой конфедерации обратилась к России за помощью.

В 1793 г. состоялся 2-ой раздел Речи Посполитой , утверждённый на Гродненском сейме. Пруссия получила Гданьск, Торунь, Познань (часть земель по р. Варта и Висла), Россия - Центральную Белоруссию с Минском и Правобережную Украину.

Войны с Турцией ознаменовались крупными военными победами Румянцева , Суворова , Потемкина , Кутузова , Ушакова , утверждением России на Чёрном море. В результате их к России отошло Северное Причерноморье, Крым, Прикубанье, усилились её политические позиции на Кавказе и Балканах, укреплён авторитет России на мировой арене.

Отношения с Грузией. Георгиевский трактат

Георгиевский трактат 1783 года

Екатерина II и грузинский царь Ираклий II в 1783 году заключили Георгиевский трактат , по которому Россия установила протекторат над Картли-Кахетинским царством. Договор был заключён в целях защиты православных грузин, поскольку мусульманские Иран и Турция угрожали национальному существованию Грузии. Российское правительство принимало Восточную Грузию под свое покровительство, гарантировало её автономию и защиту в случае войны, а при ведении мирных переговоров обязывалось настаивать на возвращении Картли-Кахетинскому царству владений, издавна ему принадлежавших, и незаконно отторгнутых Турцией.

Результатом грузинской политики Екатерины II было резкое ослабление позиций Ирана и Турции, формально уничтожившее их притязания на Восточную Грузию.

Отношения со Швецией

Пользуясь тем, что Россия вступила в войну с Турцией, Швеция, поддержанная Пруссией, Англией и Голландией развязала с ней войну за возвращение ранее утерянных территорий. Вступившие на территорию России войска были остановлены генерал-аншефом В. П. Мусиным-Пушкиным. После ряда морских сражений, не имевших решительного исхода, Россия разгромила линейный флот шведов в сражении под Выборгом, но из за налетевшего шторма потерпела тяжелое поражение в сражении гребных флотов при Роченсальме. Стороны подписали в 1790 году Верельский мирный договор , по которому граница между странами не изменилась.

Отношения с другими странами

После Французской революции Екатерина выступила одним из инициаторов антифранцузской коалициии и установления принципа легитимизма. Она говорила: «Ослабление монархической власти во Франции подвергает опасности все другие монархии. С моей стороны я готова воспротивиться всеми силами. Пора действовать и приняться за оружие» . Однако в реальности она устранилась от участия в боевых действиях против Франции. По распространённому мнению, одной из действительных причин создания антифранцузской коалиции было отвлечение внимания Пруссии и Австрии от польских дел . Вместе с тем, Екатерина отказалась от всех заключённых с Францией договоров, приказала высылать всех подозреваемых в симпатиях к Французской революции из России, а в 1790 году выпустила указ о возвращении из Франции всех русских.

В царствование Екатерины Российская империя обрела статус «великой державы». В результате двух успешных для России русско-турецких войн 1768-1774 и 1787-1791 гг. к России был присоединен Крымский полуостров и вся территория Северного Причерноморья. В 1772-1795 гг. Россиия приняла участие в трех разделах Речи Посполитной, в результате которых присоединила к себе территории нынешней Белоруссии, Западной Украины, Литвы и Курляндии. В состав Российской империи вошла и Русская Америка - Аляска и Западное побережье Североамериканского континента (нынешний штат Калифорния).

Екатерина II как деятель Эпохи Просвещения

Екатерина - литератор и издатель

Екатерина принадлежала к немногочисленному числу монархов, которые столь интенсивно и непосредственно общались бы со своими подданными путём составления манифестов, инструкций, законов, полемических статей и косвенно в виде сатирических сочинений, исторических драм и педагогических опусов. В своих мемуарах она признавалась: «Я не могу видеть чистого пера без того, чтобы не испытывать желания немедленно окунуть его в чернила».

Она обладала незаурядным талантом литератора , оставив после себя большое собрание сочинений - записки, переводы, либретто , басни , сказки, комедии «О, время!», «Именины госпожи Ворчалкиной», «Передняя знатного боярина», «Госпожа Вестникова с семьею», «Невеста невидимка» ( -), эссе и т. п., участвовала в еженедельном сатирическом журнале «Всякая всячина », издававшемся с г. Императрица обратилась к журналистике с целью воздействия на общественное мнение, поэтому главной идеей журнала была критика человеческих пороков и слабостей. Другими предметами иронии были суеверия населения. Сама Екатерина называла журнал: «Сатира в улыбательном духе».

Екатерина - меценат и коллекционер

Развитие культуры и искусства

Екатерина считала себя «философом на троне» и благосклонно относилась к европейскому Просвещению , состояла в переписке с Вольтером , Дидро , д"Аламбером .

При ней в Санкт-Петербурге появились Эрмитаж и Публичная библиотека . Она покровительствовала различным областям искусства - архитектуре, музыке, живописи.

Нельзя не упомянуть и о инициированном Екатериной массовом заселении немецких семей в различные регионы современной России, Украины, а также стран Прибалтики. Целью являлось «инфицирование» русской науки и культуры европейскими.

Двор времён Екатерины II

Особенности личной жизни

Екатерина была брюнеткой среднего роста. Она совмещала в себе высокий интеллект, образованность, государственную мудрость и приверженность к «свободной любви».

Екатерина известна своими связями с многочисленными любовниками, число которых (по списку авторитетного екатериноведа П. И. Бартенева) достигает 23. Самыми известными из них были Сергей Салтыков, Г. Г. Орлов (впоследствии граф), конной гвардии поручик Васильчиков, Г. А. Потёмкин (впоследствии князь), гусар Зорич , Ланской , последним фаворитом был корнет Платон Зубов , ставший графом Российской империи и генералом. С Потёмкиным, по некоторым данным, Екатерина была тайно обвенчана (). После она планировала брак с Орловым, однако по советам приближённых отказалась от этой идеи.

Стоит отметить, что «разврат» Екатерины был не таким уж скандальным явлением на фоне общей распущенности нравов XVIII столетия. Большинство королей (за исключением, пожалуй, Фридриха Великого , Людовика XVI и Карла XII) имели многочисленных любовниц. Фавориты Екатерины (за исключением Потёмкина, обладавшего государственными способностями) не оказывали влияния на политику. Тем не менее институт фаворитизма отрицательно действовал на высшее дворянство, которое искало выгод через лесть новому фавориту, пыталось провести в любовники к государыне «своего человека» и т. п.

У Екатерины было двое сыновей: Павел Петрович () (подозревают, что его отцом был Сергей Салтыков) и Алексей Бобринский ( - сын Григория Орлова) и две дочери: умершая во младенчестве великая княжна Анна Петровна (1757-1759, возможно, дочь будущего короля Польши Станислава Понятовского) и Елизавета Григорьевна Тёмкина ( - дочь Потёмкина).

Знаменитые деятели екатерининской эпохи

Правление Екатерины II характеризовалась плодотворной деятельностью выдающихся русских учёных, дипломатов, военных, государственных деятелей, деятелей культуры и искусства. В 1873 году в Санкт-Петербурге в сквере перед Александринским театром (ныне площадь Островского) был установлен внушительный многофигурный памятник Екатерине, выполненный по проекту М. О. Микешина скульпторами А. М. Опекушиным и М. А. Чижовым и архитекторами В. А. Шретером и Д. И. Гриммом . Подножье монумента состоит из скульптурной композиции, персонажи которой - выдающиеся личности екатерининской эпохи и сподвижники императрицы:

События последних лет царствования Александра II - в частности, Русско-турецкая война 1877-1878 - помешали осуществлению замысла расширения мемориала Екатерининской эпохи. Д. И. Гримм разработал проект сооружения в сквере рядом с памятником Екатерине II бронзовых статуй и бюстов, изображающих деятелей славного царствования. Согласно окончательному списку, утвержденному за год до смерти Александра II, рядом с памятником Екатерине должны были разместиться шесть бронзовых скульптур и двадцать три бюста на гранитных постаментах.

В рост должны были быть изображены: граф Н. И. Панин , адмирал Г. А. Спиридов , писатель Д. И. Фонвизин , генерал-прокурор Сената князь А. А. Вяземский , фельдмаршал князь Н. В. Репнин и генерал А. И. Бибиков , бывший председателем Комиссии по уложению. В бюстах - издатель и журналист Н. И. Новиков , путешественник П. С. Паллас , драматург А. П. Сумароков , историки И. Н. Болтин и князь М. М. Щербатов , художники Д. Г. Левицкий и В. Л. Боровиковский , архитектор А. Ф. Кокоринов , фаворит Екатерины II граф Г. Г. Орлов , адмиралы Ф. Ф. Ушаков , С. К. Грейг , А. И. Круз , военачальники: граф З. Г. Чернышёв , князь В. М. Долгоруков-Крымский , граф И. Е. Ферзен , граф В. А. Зубов ; московский генерал-губернатор князь М. Н. Волконский , новгородский губернатор граф Я. Е. Сиверс , дипломат Я. И. Булгаков, усмиритель «чумного бунта» 1771 года в Москве П. Д. Еропкин , подавившие пугачевский бунт граф П. И. Панин и И. И. Михельсон , герой взятия крепости Очаков И. И. Меллер-Закомельский .

Кроме перечисленных, отмечают таких известных деятелей эпохи, как:

Екатерина в искусстве

В кино

  • «Catherine the Great», 2005. В роли Екатерины - Эмили Брун
  • «Золотой век», 2003. В роли Екатерины -

При рождении девочке было дано имя София Фредерика Августа. Её отец, Христиан Август, был принцем маленького немецкого княжества Ангальт-Цербст, но славу снискал себе достижениями на военном поприще. Мать будущей Екатерины, принцесса гольштейн-готторпская Иоганна Елизавета, мало заботилась о воспитании дочери. А потому девочку вырастила гувернантка.

Образованием Екатерины занимались репетиторы, и, среди них, капеллан, дававший девочке уроки религии. Однако на многие вопросы у девочки была своя точка зрения. Она также освоила три языка: немецкий, французский и русский.

Вхождение в монаршую семью России

В 1744 г. девочка едет с матерью в Россию. Немецкая принцесса обручается с великим князем Петром и принимает православие, получая при крещении имя Екатерина.

21 августа 1745 г. Екатерина выходит замуж за наследника престола России, становясь цесаревной. Однако семейная жизнь оказалась далёкой от счастья.

После долгих бездетных лет, Екатерина II, наконец, произвела на свет наследника. Её сын Павел родился 20 сентября 1754 г. И тут разгораются горячие споры о том, кто на самом деле является отцом мальчика. Как бы там ни было, но своего первенца Екатерина почти не видела: вскоре после рождения, ребёнка на воспитание забирает императрица Елизавета.

Захват престола

25 декабря 1761 г., после смерти императрицы Елизаветы, на престол восходит Пётр III, и Екатерина становится супругой императора. Однако к государственным делам она имеет мало отношения. Пётр с женой был откровенно жесток. Вскоре, из-за упорной поддержки, оказываемой им Пруссии, Пётр становится чуждым для многих придворных, светских и военных чинов. Основатель того, что сегодня мы называем прогрессивными внутренними государственными реформами, Пётр рассорился и с православной церковью, отобрав церковные земли. И вот, уже через полгода, Пётр был свергнут с престола в результате заговора, в который Екатерина вступила со своим любовником, русским лейтенантом Григорием Орловым, и рядом других лиц, с целью захвата власти. Ей благополучно удаётся заставить мужа отречься от престола и взять управление империей в свои руки. Через несколько дней после отречения, в одном из своих имений, в Ропше, Пётр был задушен. Какую роль в убийстве мужа сыграла Екатерина, неясно по сей день.

Опасаясь самой быть сброшенной противоборствующими силами, Екатерина всеми силами старается завоевать расположение войск и церкви. Она отзывает посланные Петром на войну против Дании войска и всячески поощряет и одаривает тех, кто переходит на её сторону. Она даже сравнивает себя с почитаемым ею Петром Великим, заявляя, что идёт по его стопам.

Правление

Несмотря на то, что Екатерина является сторонницей абсолютизма, она всё же предпринимает ряд попыток провести социальные и политические реформы. Она издает документ, «Наказ», в котором предлагает отменить смертную казнь и пытки, а также провозглашает равенство всех людей. Однако Сенат на любые попытки изменить феодальную систему отвечает решительным отказом.

После окончания работы над «Наказом», в 1767 г. Екатерина созывает представителей различных социальных и экономических слоёв населения для формирования Уложенной комиссии. Законодательного органа из комиссии не вышло, но её созыв вошёл в историю как первый случай, когда представители русского народа со всей империи получили возможность высказать свои представления о нуждах и проблемах страны.

Позднее, в 1785 г., Екатерина издаёт Хартию дворянства, в которой в корне меняет политику и оспаривает власть высших классов, при которой большая часть народных масс находится под гнётом крепостничества.

Екатерина, религиозный скептик по натуре, стремится подчинить своей власти православную церковь. В начале своего правления она вернула церкви земли и имущество, однако вскоре изменила свои взгляды. Императрица объявляет церковь частью государства, а потому все её владения, включая более миллиона крепостных, становятся собственностью империи и облагаются податями.

Внешняя политика

За время своего правления Екатерина расширяет границы Российской империи. Значительные приобретения она делает в Польше, предварительно усадив на трон королевства своего бывшего любовника, польского князя Станислава Понятовского. По соглашению 1772 г., Екатерина отдаёт часть земель Речи Посполитой Пруссии и Австрии, в то время как восточная часть королевства, где проживает немало русских православных, отходит Российской империи.

Но такие действия вызывают крайнее неодобрение Турции. В 1774 г. Екатерина заключает мир с Оттоманской империей, по которому государство русское получает новые земли, и выход к Чёрному морю. Одним из героев русско-турецкой войны стал Григорий Потёмкин, надёжный советник и любовник Екатерины.

Потёмкин, верный сторонник политики императрицы, и сам проявил себя как выдающийся государственный деятель. Именно он, в 1783 г., убеждает Екатерину присоединить Крым к империи, тем самым укрепляя её позиции на Чёрном море.

Любовь к образованию и искусству

На момент восшествия Екатерины на престол, Россия для Европы была государством отсталым и провинциальным. Императрица всеми силами стремится изменить это мнение, расширяя возможности для новых идей в образовании и искусствах. В Санкт-Петербурге она основывает пансион для девиц благородного происхождения, а позже во всех городах России открываются бесплатные школы.

Екатерина покровительствует многим культурным проектам. Она завоёвывает славу ревностного собирателя искусств, и большая часть её коллекции выставляется в её резиденции в Петербурге, в Эрмитаже.

Екатерина, страстно любящая литературу, особенно благосклонно относится к философам и писателям Просвещения. Наделённая литературным талантом, императрица описывает собственную жизнь в собрании мемуаров.

Личная жизнь

Любовная жизнь Екатерины II стала предметом множества сплетен и ложных фактов. Мифы о её ненасытности развенчаны, однако эта царственная особа за свою жизнь действительно имела немало любовных связей. Выйти замуж повторно она не могла, поскольку брак мог пошатнуть её позицию, а потому в обществе ей приходилось носить маску целомудрия. Но, вдали от посторонних взглядов, Екатерина проявляла недюжинный интерес к мужчинам.

Конец правления

К 1796 г. Екатерина вот уж как несколько десятилетий обладала абсолютной властью в империи. И в последние годы правления она проявляла всю ту же живость ума и крепость духа. Но в середине ноября 1796 г. её нашли без сознания на полу в ванной комнате. В то время все пришли к выводу, что её хватил удар.4.2 баллов . Всего получено оценок: 57.

Личная жизнь Екатерины II

В возрасте 15 лет Петр Ульрих прибыл в Россию. Здесь он формально принял православную веру и стал великим князем Петром Федоровичем. Даже Елизавета, не отличавшаяся своим образованием, была поражена скудными познаниями племянника. Поэтому его снова начали учить, теперь уже на русский и православный манер. Для этой цели воспитателем Петра Федоровича был определен профессор "элоквенции и поэзии" , заведующий художественным департаментом Академии наук Якоб Штелин. Но все старания преподавателя не дали каких-либо положительных результатов. Петр Федорович проводил время в играх с солдатиками, разводил своих игрушечных воинов на плац-парады и по караулам; рано пристрастился он к вину и немецкому пиву. Чтобы образумить наследника, Елизавета решила женить его. В вопросе выбора невесты для великого князя мнения русских придворных разделились. Бестужев со своими сторонниками хотел женить Петра Федоровича на принцессе Саксонской, дочери короля Августа НИ. Обер-гофмаршал Крюммер, Лесток и другие друзья французского посла Щетарди прочили в жены русскому наследнику одну из дочерей французского короля. Но Елизавета отвергла эти варианты и выбрала для своего племянника особу не столь знатную и богатую - принцессу Ангальт-Цербстскую, родившуюся в 1729 г. и нареченную в честь бабушек Софией Августой Фредерикой. А родители называли ее просто Фикс. Ее мать Иоганна Елизавета Голштин-Готторпская в 1727 г. 15-летней девицей была выдана за 42-летнего генерал-майора Христиана Августа Ангальт-Цербстского. Он был командиром 8-го Ангальт-Цербстского полка в городе Штеттине (Померания) . Летом 1742 г. Фридрих 2 назначил его губернатором Штеттина и пожаловал чином генерал-лейтенанта. Несколько позже Христиан стал герцогом и соправителем Цербста. Первого января 1744 г. герцогиня Иоганна Елизавета Фанте получили письмо из Петербурга. Оно было адресовано им Крюммером от имени императрицы Елизаветы I, содержало ее высочайшее приглашение приехать в Россию. Сватовство русского двора имело для Пруссии важное юридическое значение, поэтому ее посол в Петербурге Лардефельд своевременно информировал своего короля о намерениях Елизаветы. Фридрих 2 приветствовал, конечно, предстоящий брак Фикс с наследником русского престола, надеясь в будущем в лице "молодого двора" иметь свою агентуру в Петербурге. Он пожелал лично побеседовать с невестой, пригласил ее с матерью в Берлин на приватный обед, во время которого убедился, что 15-летняя Фикс заметно умнее своей матери.

После свидания с королем герцогиня с дочерью под именем графини Рейнбек отправилась в далекую, занесенную снегом Россию; 5 февраля они добрались до Митавы (Елгавы) , потом на их пути были Рига, Петербург, и наконец вечером 9 февраля они прибыли в Москву в Анненгофский дворец, в котором в те дни временно находился двор Елизаветы. С этого вечера и началась новая страница в жизни до того мало кому известной девицы Фикс из немецкого города Штеттина.

В противоположность своему будущему супругу Фикс с первых же дней пребывания в России с завидной настойчивостью и редким прилежанием взялась за изучение русского языка и русских обычаев. С помощью адъюнкта и переводчика Академии наук Василия Ададурова она очень быстро добилась заметных успехов. Уже в конце июня в церкви во время своего обращения в православную веру она четко произнесла свое исповедание на чистом русском языке. Чем очень удивила всех присутствующих. Императрица даже прослезилась. Другая задача, которую вполне сознательно решала в то время юная немка, состояла в том, чтобы понравиться и великому князю Петру Федоровичу, и императрице Елизавете, и всем русским людям.

Позже Екатерина II вспоминала: "... поистине я ничем не пренебрегала, чтобы достичь этого: угодливости покорность, уважение, желание нравиться, желание поступать как следует, искренняя привязанность, все с моей стороны постоянно к тому было употребляемо с ГМ4 по 1761 г." .

Приняв православие 28 июня ША г., Фике на другой день была обручена с великим князем Петром Федоровичем. После этого она получила титул великой княгини и новое имя - Екатерина Алексеевна.

В декабре 1741 г. по дороге из Москвы в Петербург Петр Федорович заболел оспой и пролежал тяжелобольным в Хотилове до февраля. Оспа обезобразила его лицо. Он заметно вырос, но интеллект его оставался на прежнем уровне, да и ребяческие забавы тоже.

Наконец наступил самый важный для Екатерины Алексеевны день - день свадьбы ее с Петром Федоровичем. Она состоялась 21 августа в столице. По русскому обычаю было все: и богатый наряд невесты с драгоценными украшениями, и торжественная служба в Казанской церкви, и парадный обед в галерее Зимнего дворца, и роскошный бал.

Замужество Екатерины мало назвать неудачным или несчастливым - оно было для нее, как для женщины, унизительным и оскорбительным. В первую брачную ночь, Петр уклонился от супружеских обязанностей, последующие были такими же. Позже Екатерина свидетельствовала: "... и в этом положении дело оставалось в течение девяти лет без малейшего изменения" .

До свадьбы Екатерина на что-то еще надеялась. О своем отношении к Петру-жениху она писала: "... не могу сказать, чтобы он мне нравился или не нравился; я умела только повиноваться. Дело матери было выдать меня замуж. Но, но правде, я думаю, что русская корона больше мне нравилась, нежели его особа. Ему было тогда 16 лет... он говорил со мной об игрушках и солдатах, которыми был занят с утра до вечера. Я слушала его из вежливости и в угоду ему... но никогда мы не говорили между собою на языке любви: не мне было начинать этот разговор..." Отношения между молодыми супругами не сложились. Екатерина поняла окончательно, что ее муж всегда будет для нее чужим человеком. И думала она о нем теперь уже по-другому: "... у меня явилась жестокая для него мысль в самые первые дни моего замужества. Я сказала себе: если ты полюбишь этого человека, ты будешь несчастнейшим созданием на земле... этот человек на тебя почти не смотрит, он говорит только о куклах и обращает больше внимания на всякую другую женщину, чем на тебя; ты слишком горда, чтобы поднять шум из-за этого, следовательно... думайте о самой себе, сударыня" Не каждая женщина в этой затхлой атмосфере придворных интриг могла подняться выше окружающем ее среды, всегда вести себя внешне достойно и думать только о самой себе, о той пока совершенно неясной перспективе, которая ожидала ее в будущем. И только сочетание незаурядного ума, не по годам сильной воли, немалой храбрости и, конечно, хитрости, лицемерия, неограниченного честолюбия и тщеславия помогло Екатерине в течение 18 лет вести скрытую борьбу за свое место при русском дворе и добиться, в конце концов, вожделенной короны императрицы.

После свадьбы мать Екатерины Алексеевны отбыла из России, и та осталась среди русских совершенно одинокой. Но это не огорчало ее, они с матерью никогда не были духовно близкими людьми. В довершение мать необдуманными поступками только мешала своей дочери поддерживать незапятнаным доброе имя при дворе. Более всего Екатерина Алексеевна добивалась расположения императрицы. Несмотря на все старания великой княгини всегда и во всем ей нравиться, отношения между ними были неровными, далеко не дружественными, а порой даже напряженными. Правда, Елизавета не скупилась на подарки. Перед обручением Екатерина Алексеевна получила ожерелье стоимостью 150 тыс. руб. На мелкие расходы ей было назначено содержание в 30 тыс. руб.

Императрица очень скоро поняла, что поторопилась с объявлением Петра Федоровича наследником престола. Поведение бездарного племянника часто раздражало ее. Не зная, как выйти из этого несуразного положения, она невольно свое недовольство наследником престола переносила на его жену. Ее обвиняли в равнодушии к мужу, в том, что она не может или не желает по-хорошему повлиять на него, увлечь его своими женскими прелестями. Наконец, императрица требовала от молодых наследника. А его пока не предвиделось.

Не следует забывать, что жизнь "молодого двора" протекала на глазах слуг, которых назначала сама Елизавета. К великой княгине, в частности, в 1746 г. в качестве ее обер-гофмейстерины была приставлена особо преданная императрице статс-дама Мария Семеновна Чоглокова. Эта злая и капризная женщина, по словам Екатерины, шпионила за ней и обо всем докладывала Елизавете. У Петра Федоровича гофмаршала Крюммера императрица тоже заменила князем Василием Аникитичем Репниным, а потом, в 1747 г., - камергером Николаем Наумовичем Чоглоковым, мужем Марии Семеновны. В силу своей ограниченности чета Чоглоковых не могла способствовать сближению великой княгини с императрицей, напротив, вносила в их отношения излишнюю настороженность и недоверие. И по-видимому, у Екатерины Алексеевны были основания писать: "... мне казалось, что она (Елизавета. Дег.) всегда была мною недовольна, так как бывало очень редко, что она делала мне честь вступать в разговор; впрочем, хоть и жили мы в одном доме, и наши покои соприкасались как в Зимнем, так и в Летнем дворце, но мы не видели ее по целым месяцам, а часто и более. Мы не смели без зова явиться в ее покои, а нас почти никогда не звали. Нас часто бранили от имени Её Величества за такие пустяки, относительно которых нельзя было и подозревать, что они могут рассердить императрицу. Она для этого посылала к нам не одних Чоглоковых, но часто бывало, что она гоняла к нам горничную, выездного или кого-нибудь в этом роде передать нам не только чрезвычайно неприятные вещи, но даже резкости, равносильные грубейшим оскорблениям. В то же время невозможно было быть более осторожной, нежели я была в глубине души, чтобы не нарушить должное Её Величеству почтение и послушание" .

В свои 18 лет Екатерина развилась в красивую и физически крепкую женщину. Лесть многих окружающих начала приятно кружить ей голову. Чтобы дать выход молодой энергии, она много времени проводила на охоте, каталась на лодке и лихо ездила верхом на лошади. Для нее не составляло особого труда целый день провести в седле, при этом она одинаково красиво и крепко сидела в нем и по-английски (как подобает знатной аристократке) , и по-татарски (как принято у настоящих кавалеристов) . Организм ее хорошо привык к климату Петербурга, и вся она излучала теперь здоровье и женское достоинство, глубоко скрывая при этом свое оскорбленное самолюбие и свои тайные помыслы.

А великий князь продолжал играть в куклы и заниматься с отрядом голштинских солдат, которых он специально вызвал в Россию, чем восстановил против себя всех русских. Этих голштинцев в прусской форме он разместил в Ораниенбауме специальным лагерем, где часто пропадал сам, без конца и особой надобности производя построения и развод караулов. Семейная жизнь по-прежнему мало интересовала его. И потому французский атташе граф д"Аллион докладывал в Версаль: "Великий князь все еще никак не может доказать супруге, что он является мужчиной" .

Елизавете Петровне надоело ждать, когда великий князь станет дееспособным мужем, и она нашла возможным решить проблему наследника без его участия. В этих целях ко двору великой княгини были приставлены два молодых человека - Сергей Салтыков и Лев Нарышкин. Салтыкову было 26 лет, он уже два года состоял в законном браке с одной из придворных фрейлин. По словам Екатерины Алексеевны, "он был прекрасен, как день, и, конечно, никто не мог с ним сравняться... при дворе. У него, не было недостатка ни в уме, ни в том складе познаний, манер и приемов, какой дают большой свет и двор... вообще и по рождению, и по многим другим качествам это был кавалер выдающийся; свои недостатки он умел скрывать; самыми большими из них были склонность к интриге и отсутствие строгих правил..." . Позже Екатерина Алексеевна не столь восторженно отзывалась о своем фаворите. Но тогда недостатки Салтыкова, в частности "отсутствие строгих правил" , сиречь его слабость к прекрасному полу, "еще не развернулись на ее глазах" . Лев Нарышкин был в молодой компании всего лишь добрым и веселые балагуром. В задуманной "операции" ему отводилась роль прикрытия.

После пасхи 1752 г. Сергей Салтыков начал упорно добиваться у великой княгини особого к себе внимания. На первых порах Екатерина Алексеевна чувствовала себя не совсем уверенно. Ей, безусловно, нравился этот настойчивый поклонник, однако она не могла не бояться гнева императрицы. Очень скоро ее выручила Чоглокова. Не стесняясь, эта всегда строгая и безупречная дама откровенно заявила Екатерине, что "в интересах престолонаследия" ей дозволено выбирать для себя любого из приставленных кавалеров. Бывшая девица Фикс не стала задавать глупых вопросов. Она сразу поняла, чего от нее ждут, и с открытым сердцем пошла навстречу своей первой любви.

Двор Елизаветы в очередной раз переезжал из Петербурга в Москву 14 декабря 1752 г. В свите императрицы вместе с великим князем находилась и Екатерина Алексеевна. Потом она вспоминала, что отправилась в путь "с кое-какими легкими признаками беременности" , что "ехали быстро и днем и ночью" и что "на последней станции эти признаки исчезли при сильных резях" . Это был ее первый выкидыш.

В начале 1753 г. в Москву приехал Сергей Салтыков. Теперь он уже реже встречался со своей возлюбленной и в оправдание жаловался ей, что у него много врагов, имея при этом в виду сторонников канцлера Бестужева. Тогда Екатерина Алексеевна решила, что их любовь не утратит своих прелестей, если к ней добавить еще и политику. С этой целью через одного из придворных чиновников она обратилась к Бестужеву с просьбой считать ее в числе его верных союзников.

До этого отношения между великой княгиней и канцлером были недружественными. Последний испытывал враждебные чувства к Петру Федоровичу и заодно переносил свою неприязнь на его супругу. Екатерина Алексеевна тоже считала Бестужева главным виновником всех неприятностей и затруднений, которые ей приходилось встречать при дворе. Однако со временем обе стороны поняли, что она обоюдно заинтересованы в дружбе. Проницательный Бестужев давно заметил, насколько осторожно и умно ведет себя великая княгиня в ее непростых взаимоотношениях с мужем и императрицей. Поэтому он охотно принял ее предложение, и скоро действительно они стали союзниками.

После этого встречи молодых влюбленных продолжались. Но великой княгине опять не повезло. Летом 1753 г. во время пребывания двора в Москве она много танцевала на именинах мужа, в результате произошел второй выкидыш. Разумеется, это не могло понравиться императрице. Поэтому, когда следующей весной Елизавете сообщили о новой беременности великой княгини, она посадила ее на карантин.

Екатерина Алексеевна родила 20 сентября 1754 г. сына. Его назвали Павлом и навсегда забрали от матери в покои императрицы. На шестой день младенца окрестили, а великая княгиня была высочайше удостоена вознаграждения в 100 тыс. руб. Интересно, что сначала Петр Федорович не был отмечен вниманием императрицы, поскольку в действительности не имел никакого отношения к рождению ребенка. Однако это ставило его в смешное положение при дворе и давало ему формальный повод высказать свое резкое неудовольствие. Елизавета очень скоро поняла свою ошибку и задним числом приказала выдать племяннику тоже 100 тыс. руб. Что касается Сергея Салтыкова, действительного отца новорожденного, то его присутствие при дворе стало не только излишним, но и весьма нежелательным. Поэтому через 17 дней после появления на свет младенца его послали сначала в Швецию, а потом в Дрезден, где он проводил время в обществе представительниц прекрасного пола, не делая из своих похождений секрета для окружающих.

Младенца Павла показали матери только через 15 дней после рождения. Потом императрица снова забрала его в свои апартаменты, где лично заботилась о нем и где, по словам Екатерины, "вокруг него было множество старых дамушек, которые бестолковым уходом, вовсе лишенным здравого смысла, приносили ему несравненно больше телесных и нравственных страданий, нежели пользы" . А сала княгиня, благополучно разрешившаяся от бремени, Жила теперь оставлена в одиночестве, без какого-либо участия и внимания. Ей нездоровилось, она "не могла и не хотела никого видеть, потому что была в горе" . И очень много читала.

Чтение было одним из любимых занятий Екатерины Алексеевны - она всегда имела при себе книгу. Сначала ее забавляли легкие романы, но очень скоро она принялась за серьезную литературу, И если верить ее "Запискам" , у нее хватило ума и терпения одолеть девяти томную "Историю Германии" . Kappa и многотомный "Словарь Бейля" , "Жизнь знаменитых мужей" Плутарха и "Жизнь Цицерона" , "Письма госпожи де Севилье" и "Анналы Тацита" , произведения Платона, Монтескьё и Вольтера. Историк С. Ф. Платонов, в частности, писал о ней: "Степень её теоретического развития и образования напоминает нам силу практического развития Петра Великого. И оба они были самоучками" .

Только в феврале 1755 г. Екатерина Алексеевна преодолела свою ипохондрию и впервые после родов появилась в обществе. Петр Федорович к этому времени совсем перестал замечать свою жену. Он возмужал и начал ухаживать за женщинами, проявляя при этом довольно странный вкус: ему больше нравились некрасивые и недалекие по своему развитию девицы. Сначала он увлекся принцессой Курляндской, родной дочерью ссыльного Бирона. Некрасивая, маленького роста и слегка горбатая, эта девица поссорилась с родителями, сбежала от них из Ярославля, приняла православную веру и с разрешения императрицы жила при русском дворе. Великому князю импонировало в ней немецкое происхождение и знание немецкого языка. Однако принцесса оказалась умнее своего царственного поклонника и, не согласившись стать его любовницей, позже вышла замуж за барона Александра Ивановича Черкасова. Тогда Петр Федорович обратил свое высокое внимание на Елизавету Воронцову. Девица Елизавета Романовна приходилась племянницей вице-канцлеру М. И. Воронцову. В1749 г. в возрасте 11 лет ее определили фрейлиной к Екатерине Алексеевне. Иностранцы писали о ней, что "она ругалась как солдат, косила глазами, дурно пахла и плевалась при разговоре" . Летом 1755 г. в Петербург прибыл английский посланник Генбюри Вильяме. В его свите находился 23-летний граф Станислав Понятовский, человек с красивой внешностью и поверхностным образованием, уже достаточно испорченный великосветской жизнью Парижа, где он веселился с 1753 г. Отец его, между прочим, в молодости служил в войсках австрийского принца Евгения. Поддерживал шведского короля Карла XII, состоял потом у него адъютантом, участвовал в Полтавской битве и вместе с Карлам XII бежал в Турцию, где отстаивал интересы шведов и способствовал объявлению турками войны против России. Сын унаследовал от отца многие худшие черты его характера - беспринципность в политике, распущенность в повседневной жизни и жажду легких наслаждений.

Очень скоро Понятовский близко сошелся со Львом Нарышкиным. А тот в начале 1756 г. свел его с Екатериной Алексеевной. Так начался новый увлекательный роман великой княгини. И 9 декабря 1758 г. Екатерина Алексеевна разрешилась вторым ребенком. Девочку в честь бабушки назвали Анной. И снова императрица забрала младенца от матери в свои покои. Среди своих приближенных Петр Федорович сделал по этому поводу заявление. "Бог знает, сказал, он откуда моя жена берет свою беременность, я не слишком-то знаю, мой ли это ребенок и должен ли я его принять на свой счет" . Однако, когда Елизавета по случаю рождения девочки приказала своему Кабинету выдать ее родителям по 60 тыс. руб., он с большим удовлетворением принял эту награду.

После падения Бестужева отношения между императрицей и Екатериной Алексеевной достигли наибольшего напряжения. Вместо Чоглоковых к "молодому двору" был приставлен не кто-нибудь, а сам шеф Тайной канцелярии Александр Шувалов со своей женой. Великой княгине, лишенной после родов какого-либо внимания, ставили в вину не только ее недоброжелательное отношение к своему супругу, но и нелицеприятную дружбу с Бестужевым.

В последние дни масленой недели 1759 г. между супругами возникла очередная ссора. При этом Петр Федорович, уже открыто объявивший Елизавету Воронцову хозяйкой на своей половине, стал разговаривать с женой тоном приказа. К тому же среди придворных уже поползли слухи о том, что скоро Воронцова станет женой великого князя, а великую княгиню отправят в монастырь.

Екатерина Алексеевна, трезво оценив обстановку, написала императрице вежливое, но достаточно смелое письмо. В нем она благодарила Елизавету за все ее милости, признавала себя несчастной в том, что не сумела угодить великому князю и императрице, и просила поэтому отпустить ее обратно домой. Необходимость своего отъезда она мотивировала весьма вескими аргументами: она совсем не нужна великому князю; поскольку у нее забрали ее детей и воспитание их находится в более надежных руках, ее отъезд не отразится на их дальнейшей судьбе; она больше не в силах оставаться в той нездоровой обстановке, которая сложилась вокруг нее при дворе; ее отъезд успокоит всех ее недоброжелателей и освободит императрицу от лишних неприятностей.

Разумеется, Екатерина Алексеевна не была столь наивна, чтобы действительно стремиться к выезду из России. Она хорошо знала, что Елизавета уже давно не может выносить своего племянника и что она никогда не решится на расторжение его брака ради глупой девицы Воронцовой. Этим хорошо рассчитанным актом великая княгиня надеялась упрочить свое положение при дворе. И это ей вполне удалось.

Разговор Елизаветы с Екатериной Алексеевной происходил в третьем часу ночи в присутствии Петра Федоровича и Александра Шувалова. Иван Шувалов тоже находился в это время в покоях императрицы за ширмой. Сначала Елизавета вела себя очень строго - в голосе ее звучали гнев и нетерпение. Но учтивые и в то же время довольно смелые и точные ответы собеседницы постепенно обезоружили ее. Неприятный разговор между женщинами закончился растроганными слезами. Потом великой княгине передали слова Елизаветы, сказанные ею своим близким о невестке: "Она любит правду и справедливость; это очень умная женщина, но мой племянник - дурак" .

К концу царствования Елизаветы Петровны ее племянник окончательно потерял уважение многих окружающих и возбудил к себе острое недовольство большинства русских. Напротив, Екатерину Алексеевну стали уважать даже ее противники. Вокруг нее образовался многочисленный круг приверженцев из русских, среди которых были не только гвардейские офицеры и дворяне средней руки, но и влиятельные вельможи, стоявшие близко к императрице.

Сама Елизавета понимала свою ошибку с назначением преемника трона, но она упустила время и теперь, когда ее здоровье было серьезно подорвано, так и не смогла решить по-другому проблему престолонаследия. Когда 25 декабря 1761 г. она скончалась в возрасте 52 лет, Петр Федорович был провозглашен русским императором (1761-1762) .

Список используемой литературы:

1) Заичкин И. А., Почкаев И. Н. – Русская история. I и II книги.

2) С. Ф. Платонов "Лекции по русской истории".

3) Журнал "Родина" номер 1 за 1993 год.